Уроки в дороге

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 5. 2003-2004
  

После встреч в Риме я отправился в круговое турне по храмам Казахстана, России и Украины.

Эти страны разделяют общую участь недавнего авторитарного правления коммунистов, и их теперешняя ситуация идентична: слабая экономика, безработица, высокий уровень преступности и политическая нестабильность. Хотя внешне некоторые вещи могут меняться, с тех пор, как эти страны освободились и приняли демократический путь управления, скорость их развития невелика, и борьба за существование остается, такой же как всегда. Большая часть моих учеников живёт в этих частях мира, и как их духовный учитель, я разделяю их радости и страдания – и когда они сражаются с материальным миром, и когда прогрессируют в сознании Кришны.

Когда временами сила материальной энергии берёт верх над кем-то из учеников, я должен проявлять мягкость и терпимость, подобно отцу в отношении детей. Приехав в Россию, я узнал, что один из учеников в период духовной слабости присоединился к русской мафии, чтобы заработать денег. Вследствие дурного общения он постепенно совсем забросил духовную жизнь. Он утратил разум и стал совершать различные преступления. Однажды он просто бежал в страхе от своих новых друзей, а эти мафиози его преследовали.

На какое-то время ему удалось оторваться, но, боясь, что его найдут, он ограбил банк и позволил себя поймать. Сейчас он сидит в тюрьме в относительной безопасности. Недавно он написал мне, что снова начал повторять мантру и просил духовных наставлений.

Во время поездки по Украине моё сердце рвалось ко многим ученикам, которые, как и большинство людей в этой стране, живут в бедных условиях, зарабатывая не более 100 долларов в месяц.

Только по их настойчивым просьбам я принимаю их пожертвования в 10 или 20 долларов для моих проповеднических программ в других частях мира. В действительности, я храню их пожертвования в специальном кошельке, подписанном “Только для служения Кришне”, не желая тратить их деньги на поддержание своего тела.

Я увидел ещё одно проявление такой борьбы за существование в южной части Украины, когда давал даршан группе из 30 детей преданных днепропетровской общины. Среди юной аудитории было несколько детей прихожан. Когда я спросил, кто из детей повторяет джапу, все кроме двоих, подняли руки. Эти двое детей, которые сидели прямо передо мной, отвернувшись друг от друга, оказались братом и сестрой, 11 и 9 лет. Когда я невинно поинтересовался, почему они не повторяют мантру, мальчик выкрикнул в ответ:

- Наш отец – пьяница и вор! За что нам благодарить Бога?

Я был не готов к такому резкому ответу, и пока размышлял, что лучше ответить, его сестра начала всхлипывать.

- Я хочу повторять, – сказала она, – но брат мне не разрешает.

- Зачем нам повторять мантру? – закричал он на неё. – Думаешь, кто-нибудь позаботится о нас?

В комнате воцарилось молчание. Я крепко обнял этих детей.

- Я позабочусь, – сказал я. И направился к выходу. Парнишка повернулся к сестре.

- Хорошо, – сказал он к моему удивлению, – можешь начать повторять мантру. И если хочешь, я начну тоже.

Остальные три дня, проведённые мной в этом храме, они всегда держались рядом со мной, а во время киртанов прыгали выше всех. В последний день своего пребывания в храме они пришли в мою комнату со слезами на глазах.

- Нам надо возвращаться к себе деревню, идти в школу, – сказал парнишка.

- Но мы хотим сделать вам пожертвование, – добавила его сестра.

И они вручили мне все деньги, что были у них с собой (что-то около двух долларов), но я не хотел их брать. Увидев же, как они расстроились, что я не принимаю их подношение любви, я открыл свой кошелёк “только для служения Кришне”, и они с радостью положили своё подношение туда.

Этим утром преданные репетировали свадебную церемонию в заднем дворике храма для фестиваля в парке. Наблюдая за этим, я заметил пожилую пару, смотревшую на нас с веранды своего дома всего в нескольких метрах от нас. Я спросил преданного, кто это.

- Они продали нам этот дом, который мы сейчас используем для гостей, – сказал он. – А потом потратили все деньги на азартные игры, а часть – пропили. И теперь они очень озлоблены.

Но я заметил, что пожилая женщина, хотя и не могла ничем помочь, всё же улыбалась, глядя на молодую пару, готовящуюся к свадьбе. В конце концов, я пересёк дворик и сел на стул рядом с ними, к их немалому удивлению.

- Вам нравится репетиция свадьбы? – спросил я.

Старик нахмурился.

- А что тут может нравиться? – сказал он. Его жена продолжала молчать.

- Не разговаривай с ним, – приказал ей мужчина.

- Я хотел бы пригласить вас обоих на фестиваль, который будет у нас сегодня в парке, – сказал я.

Мужчина был явно обескуражен приглашением.

- Нам это неинтересно,- прозвучал его ответ, – к тому же, моя жена не может ходить. Она инвалид. Вы что, не видите? Она уже шесть лет никуда не выходила.

- Мы собираемся провести замечательную программу, – продолжал я. – Индийские танцы, спектакль, музыка, песни.

Глаза женщины просветлели.

- Я пришлю за вами машину, – сказал я. – Мы заберём вас, а сразу после программы привезём обратно, прямо до дверей.

Тут впервые заговорила женщина.

- Константин, – сказала она, – может, я могу сходить? Я так давно никуда уже не выбиралась.

Её муж смягчился.

- Хорошо, – сказал он, – можешь идти – но я не пойду. Они заберут наш дом.

Я договорился, чтобы машина забрала пожилую женщину в 16.30. Преданные помогли ей устроиться на сиденье и отвезли в парк. Когда она приехала, я провёл её прямо к большой сцене, и мы устроили для неё сиденье в первом ряду. Ей было смешно, что по дороге люди смотрели на неё, как на знаменитость.

А как её захватило представление! Она покачивалась во время танца Бхарата-натьям, хлопала во время бхаджанов и плакала на свадьбе. И к своему изумлению, ведя завершающий киртан на сцене, я увидел, что она поёт Харе Кришна вместе с нами.

Когда всё закончилось, я спустился, чтобы помочь проводить её до машины, ждущей, чтобы отвезти её домой. Усевшись, она позвала меня и взяла за руку.

- Молодой человек, – мягко произнесла она, – это был лучший день в моей жизни. Спасибо.

И поцеловала меня в щёку. Когда машина отъехала, я заметил, что она положила немного денег в мою руку. Я покачал головой и положил их в свой особый кошелёк. “Мне определённо нужно подыскать хорошее служение для всего этого”, – сказал я себе.

Когда на следующий день я уезжал из храма, преданные окружили машину и устроили большой киртан. Их было так много, что водитель беспокоился, сможем ли мы выбраться из толпы и доехать до аэропорта вовремя.

- Езжай потихоньку, – сказал я. – Я открою окно и попрошу их отойти.

Пока мы осторожно ехали по улице, преданные бросали фрукты, цветы и даже монеты в моё открытое окно. Мы увеличили скорость и вырвались из толпы. Затем мы поспешили в аэропорт. Я отдал фрукты и цветы водителю, а монеты положил в свой “особый” кошелёк. Теперь он был достаточно тяжёл – собранные вместе подношения любви моих учеников и доброжелателей.

Когда мы приехали в аэропорт, я был одним из последних на регистрации на рейс до Варшавы. Пройдя регистрацию, я поменял местные деньги, полученные за время этого приезда. Это составило 200 долларов.

Я бережно положил их в кошелёк. “Это двухмесячная зарплата в этой стране”, – подумал я, покачав головой.

Поскольку мы опаздывали, я сразу отправился на таможенный и паспортный контроль. При въезде и выезде на Украину каждый должен заполнять декларацию о количестве денег, которые он с собой перевозит. Поскольку у меня не было денег при въезде в страну, я заполнил бланк для выезда и указал там 200 долларов.

Я считал, что мне не о чем беспокоиться. Обычно таможенники обращают внимание на крупные суммы денег. Вот только я не знал, насколько жадными они могут быть до подношений любви моих учеников.

- Покажите мне ваши деньги! – гаркнул таможенник по-английски.

- У меня всего двести долларов, – возразил я.

- Покажите! – сказал он громче.

Я бы сказал, что ситуация стала обостряться. Я вытащил 200 долларов и показал ему с безопасного расстояния.

Он огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что за нами не наблюдают.

- Вы должны заплатить мне таможенную пошлину в размере ста долларов, – сказал он.

Я неоднократно посещал Украину за последние годы, и прекрасно знал, что с путешественников не берут таможенных пошлин, поэтому я убрал деньги обратно в кошелёк.

- Быстро! – сказал он, снова оглядываясь по сторонам.

- Сэр, – сказал я, – Вы не хуже меня знаете, что не существует никаких таможенных пошлин на перевозку такой суммы денег.

- Давай сейчас же или не приедешь сюда больше никогда, – сказал он с нетерпением.

Я видел, что он настроен решительно, но и я был не менее твёрд. Я не собирался отдавать ему деньги, которые мне с любовью вручали мальчики и девочки, пожилые женщины и другие преданные, когда я уезжал из храма. Никогда!

Таможенник схватил мой паспорт, бросил его в ящик перед собой, и закрыв ящик, ехидно улыбнулся.

- Похоже, вы опоздаете на свой рейс, пока мы тут препираемся. Мы не выпустим вас, пока не заплатите, – сказал он.

В гневе на его наглость, я наклонился над его конторкой.

- Отправляйся в ад! – сказал я.

Это был не самый тактичный поступок. Он снял телефонную трубку и обзвонил ещё нескольких таможенников. Пока они переговаривались, стало очевидно, что их усилия будут слаженными, так что нет смысла обращаться к вышестоящему начальству.

Другой таможенник, по всей видимости, чином постарше, подошёл к терминалу.

- Следуйте за мной, – произнёс он и повёл меня к ближайшему кабинету.

С толпящимися позади коллегами, он включил компьютер и сделал вид, что ищет там что-то.

- A! – сказал он. – Мистер Тиббитс, у вас были некоторые проблемы в этой стране, не так ли?

- О чём вы? – удивился я.

- О преступной деятельности, – ответил он, усмехнувшись.

Я знал, что за этим последует.

- Ну что, вносим вас в “чёрный список”?

Один из таможенных служащих за его спиной, помоложе остальных, перевел на меня взгляд и покачал головой. Он сделал мне безмолвное предупреждение: “Не делай этого. Не пытайся бороться с ним”.

На мгновение я задумался. Эти мошенники крали деньги у Кришны. Но если я не дам их, и моим ученикам, и мне придётся пострадать ещё больше. Я не смогу больше вернуться на Украину. Решив, что благоразумие – лучшая часть доблести, я медленно подвинул 100-долларовую банкноту через стол. Офицер таможни щелчком отправил мне паспорт.

Я собрал вещи, встал и направился к двери. Один из таможенников выставил свою ногу, и я споткнулся и упал на пол. От того, что сумку я не закрыл как следует, все ее содержимое высыпалось. Не оглядываясь на таможенников, у которых, как я подумал, появился хороший повод повеселиться, я собрал вещи в руки и на колени, поднялся и вышел.

Пройдя безо всяких проволочек паспортный контроль, направляясь к дверям зала отправления, я пытался понять, чему же Кришна хотел научить меня этим уроком. Я был в гневе, что меня заставили отдать деньги учеников. И я был расстроен поведением таможенных чиновников. Я пришёл к заключению, что это просто очередные суровые будни странствующего проповедника, ещё один урок в дороге к тому, чтобы я стал более смиренным и зависящим от Господа.

трасто смй ахам крпана ватсала духсахогра
самсара чакра каданад грасатам пранитах
баддхах сва кармабхир усаттама те нгхри мулам
прито паварга шаранам хвайасе када ну

“O всемогущий, неодолимый Господь, столь милостивый к падшим душам! Из-за своих прошлых поступков я оказался в обществе демонов, и потому меня очень страшит мое положение в материальном мире. Когда же Ты призовешь меня к приюту Своих лотосных стоп – высшей цели освобождения от ужасов обусловленной жизни?”

( “Прахлада умиротворяет Господа молитвами”, Шримад-Бхагаватам 7.9.16 ).