Охота на носорогов

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 5. 2003-2004
   место: Польша

После фестиваля Вудсток мы вернулись на Балтийское побережье для продолжения нашего летнего фестиваля. Но приехав туда, сразу же получили удар от Майи. Мы выбрали город возле нашей летней базы и заранее подписали контракт с городской мэрией. За два дня до фестиваля мы провели харинамы и наводнили город тысячами приглашений. Повсюду можно было увидеть наши цветные плакаты. Город был наполнен туристами, и вся округа только и говорила о предстоящем событии.

На второй день я вновь вывел группу харинамы, чтобы продолжить рекламу фестиваля. Мы воспевали на пляже, порой останавливаясь и рассказывая зрителям о фестивале, запланированном на завтра. Под конец мы выдохлись. Я еле забрался в свой микроавтобус после завершения харинамы.

“Вы выглядите усталым”, – сказал наш водитель, Радхе Шьяма дас.

“Верно, – ответил я, – но оно того стоило. Многие люди сказали, что придут на программу”.

Тут зазвонил мой телефон. Это была Нандини даси.

“Шрила Гурудева, – сказала она, – прошу прощения, что приношу плохие новости, но мэр только что отменил завтрашний фестиваль”.

Я опешил. Подобные вещи ещё происходят порой в глубинке, где нас не слишком хорошо знают, но довольно редко на побережье, где мы проводим фестивали уже 15 лет.

“Как это возможно?”, – спросил я.

“Секретарь по секрету сообщил мне, что мэру дали взятку”, – сказала Нандини.

“Мы должны что-то предпринять, – сказал я. – В подготовку этого фестиваля мы вложили душу и сердце. В прошлом году, даже с меньшей рекламой, в этом городе на праздник пришло 5 000 человек”.

“Я понимаю, Шрила Гурудева, – ответила Нандини, – и сделаю всё, что смогу”.

Я объяснил положение вещей другим преданным, находившимся в микроавтобусе. Один брахмачари спросил: “Что она имела в виду, сказав, что сделает всё, что может?”

“Понятия не имею, ответил я, – но, зная Нандини, могу сказать, что она уже действует”.

И, конечно, час спустя мне позвонил муж Нандини. “Шрила Гурудева, – сказал он, – это Джаятам. Нандини нашла человека, давшего взятку мэру. Она почти час беседовала с ним. Он сожалеет о своём поступке, но говорит, что ничего уже не поделать. Деньги уже у мэра”.

“Как она вообще умудрилась найти его?” – спросил я.

“После разговора с Вами, она выпрыгнула из машины с решительным видом на лице, – сказал Джаятам, – и отправилась в том направлении, где был запланирован фестиваль. Неподалёку оттуда был жилой комплекс, и она минут десять простояла, глядя на здания. Потом она прямиком направилась к одному из них и постучала в дверь.

“Когда ей открыли, она попала в яблочко, спросив прямо в лоб: “Вы знаете что-нибудь об отмене Фестиваля Индии?”

“Открывший ей был так напуган, что затрясся от страха. “Да, это я, – сказал он. – Я это сделал. Я не хотел, что бы шум беспокоил меня, и подкупил мэра”.

“Нандини отругала его и попросила забрать взятку, но он сказал, что уже поздно. Она ещё раз отругала его и унеслась оттуда. Я видел всё это собственными глазами”.

Мне на ум пришла цитата из писаний:

“Эти женщины никогда не проходили через очистительные обряды, предназначенные для классов дважды-рожденных, они не жили как брахмачари в ашраме духовного учителя, не совершали аскез, размышляя о собственной природе и следуя ритуалам очищения или другой благочестивой деятельности. Несмотря на это, у них есть твёрдая преданность Господу Кришне, Чья слава воспевается в возвышенных гимнах Вед, и Кто является верховным повелителем всех других владык мистических могущества”

[Шримад Бхагаватам 10.23.43-44 ]

Пока мы говорили, Нандини уже была в соседнем городе, принимая экстренные меры для проведения на следующий день другого фестиваля. Она позвонила, как только я закончил говорить с Джаятамом.

- Для проведения завтрашнего фестиваля у нас есть центральный парк в соседнем городе, – сказала она. – Здешний мэр с сочувствием отнёсся к нашей проблеме.

- Получилось довольно быстро, – сказал я, – но у нас для рекламы остался всего один день.

- Этого достаточно, – ответила Нандини. – Информация запущена, и люди уже говорят об этом.

С утра пораньше на следующий день наша усталая группа киртанистов приложила особые усилия и вышла на санкиртану в соседнем городе.

Когда спустя четыре часа, я увидел, что некоторые из них сникают, то объявил, что мы заканчиваем и отправляемся домой. Я повернул в обратный путь, и шагов через двадцать, оглянулся, чтобы убедиться, что все идут за мной. Но никто не двинулся.

“Пойдёмте! – крикнул я. – “Мы возвращаемся домой!”
И снова никто не пошевелился.

Один преданный сказал: “Шрила Гурудева, осталось ещё 2 000 приглашений”.

“Истинные воины, эти преданные”, – сказал я сам себе. Мы продолжали ещё полтора часа и в итоге закончили, раздав за день 7 000 приглашений.

Наградой за усилия этим преданным стали 4 000 гостей, пришедшие вечером, включая многих из города, где фестиваль был отменён.

Джаятам организовал два автобуса, доставлявших людей из того городка. Люди были расстроены, что их мэр отменил фестиваль, но им и в голову не пришло, что можно совершить 15-минутную автобусную поездку до другого города. Автобусы перевозили народ целый час. Я не мог поверить своим глазам.

Обычно я наблюдаю за толпой приходящих на фестиваль гостей, но этим вечером я смотрел на усталые лица преданных, на то, как они выглядывают с мест своего служения, смотрят на приходящих людей и улыбаются. Как я был горд за этих преданных! Я знаю, Господь вознаградит их бескорыстные усилия.

йа идам парамам гухйам
мад-бхактешв абхидхашйати
бхактим майи парам кртва
мам эвайшйатй асамсайах

“Для того, кто объясняет эту высшую тайну преданным, чистое преданное служение гарантировано, и в конце он вернётся ко Мне”.

[Бхагавад-гита 18.68]

На следующее утро, когда я решил отдохнуть чуть побольше перед выходом на харинаму, мой телефон снова зазвонил. Я почувствовал, что это Нандини. Я медлил с ответом, но пересилил себя и нажал кнопку.

- Шрила Гурудева, – произнёс голос, – это Нандини. Мне нужно сказать Вам кое-что.

- Ну вот, начинается, – пробормотал я, ожидая очередную порцию проблем с санкиртаной.

Нандини засмеялась:

- Индийский посол в Польше изъявил желание посетить наш фестиваль, – сообщила она. – Мне только что звонил его первый секретарь и спрашивал, когда они могут прийти.

Я тут же вскочил. Я ждал этого годы! В 1997 году нас пригласили принять участие в фестивале, чествовавшем индийскую культуру, в Швиднике, городе в консервативной восточной части Польши, и посла Индии пригласили туда тоже. Когда местный священник узнал, что преданные из движения сознания Кришны приглашены для участия в фестивале, он отругал мэра, и тот, к всеобщему удивлению, отменил событие вообще. Индийский посол уехал в замешательстве.

Несмотря на то, что средства массовой информации приняли нашу сторону, и мы получили множество положительных публикаций, это сделало наши отношения с индийским посольством в Варшаве натянутыми, и их представители общались с нами с большой неохотой.

Нандини сообщила, что новый посол не раз слышал о нашем фестивале от разных людей и очень хочет увидеть его. “Я надеюсь, в этот раз всё пройдёт гладко”, – сказал первый секретарь.

“Я лично прослежу, чтобы это было так, – подумал я. – Подобное сотрудничество может поставить под угрозу вымирания анти-культовые движения в Польше”.

Нандини спрашивала, в какой город лучше пригласить посла. Я сразу же подумал о Колобжеге, наиболее обширном и значительном городе на побережье. Сейчас, на пике летнего сезона, он был полон туристами.

-Позвони в мэрию Колобжега, – сказал я Нандини, – и запишись на приём к мэру. Если он согласится предоставить нам для проведения фестиваля главный вход на пляж, мы пригласим туда индийского посла, чтобы открыть событие. Для города это будет весьма престижно.

Это был выстрел с прицелом на будущее. Хотя вся округа была прекрасной, со множеством мест для проведения нашего фестиваля, эта площадка очень редко (если это происходило вообще) предоставлялась какой-либо группе для проведения программ. Это была превосходная территория на самом престижном пляже Польши, часто посещаемая богатой, образованной и культурной элитой страны. Если городские власти согласятся предоставить нам это место, это будет равносильно их одобрению нашего фестиваля. В конце июня мы уже проводили фестиваль в Колобжеге, но тогда он проходил на заросшем травой пустыре в полукилометре от пляжа.

Нандини на минуту задумалась:

- Шрила Гурудева, будет чудом, если они дадут нам это место, – сказала она.

- Это точно, – ответил я, – но давай поохотимся на носорогов.

- Что? – переспросила Нандини, – поохотимся на носорогов?

Я не смог сдержать улыбки.

- Это американский сленг, – пояснил я. – Это значит – пытаться сделать невозможное.

- О`кей, Гурудева, – сказала Нандини, – носороги тут водятся.

После обеда Нандини перезвонила: “Я звонила секретарю мэра. Сначала он отказал, но, немного подумав, отправился поговорить с мэром. Вернувшись к аппарату, он сказал, что мэр готов встретиться со мной через два часа, и голос его был удивлённым”.

Вечером мы с несколькими преданными ждали Нандини за городом. Наконец, я увидел её. Она сидела за рулём с большой улыбкой на лице. Хлопнув одного из брахмачари по спине, я сказал:

- Всё в порядке! Побережье наше! Пойдём займёмся делом!

- А Вы не хотите сначала поговорить с Нандини? – спросил он.

- Она подстрелила носорога, – бросил я.

- Что? – переспросил он. – Подстрелила носорога? О чём Вы, Шрила Гурудева?

Я засмеялся:

- Скоро увидишь!

Нандини убедила мэра предоставить нам территорию на три дня – три самых насыщенных дня летних отпусков. Они составили план, согласно которому мэр и индийский посол должны открывать первый день фестиваля. Я нарисовал в своём воображении картину, как тысячи людей стоят на песке перед нашей сценой, слушая, как оба сановника нахваливают наше движение. Но моя мечта чуть не превратилась в кошмар.

Дата проведения праздника приближалась, и мы начали подготовку к более развёрнутому и престижному фестивалю, чем проводили на побережье до этого. Мы начали установку оборудования за два дня до начала события. Расположив большую сцену у набережной, лицевой стороной к морю, мы установили 20 больших палаток, вколотив колья в песок.

Установка фестиваля посреди огромной толпы отпускников сама по себе являлась рекламой, но, пользуясь возможностью, я организовал ежедневную пятичасовую харинаму по километровому пляжу. Преданные были утомлены двумя месяцами харинам и фестивалей, но пели и танцевали в экстазе. Погода была солнечной и прекрасной, а пляж и набережная – забиты людьми весь день и до позднего вечера. Всего за три дня мы раздали больше 35 000 приглашений.

- Вы не думаете, что приглашений роздано уже достаточно? – спросил один преданный.

- Мы выходим воспевать не только для того, чтобы раздавать приглашения, – ответил я. – Группа харинамы сама по себе уже является фестивалем. На мой взгляд, оно настолько же важно, как и основное событие. Большая, красочная и хорошо организованная группа харинамы уже вселяет веру в сердца людей.

Я подумал об одной фразе, написанной Шрилой Прабхупадой:

“Движение сознания Кришны началось с повсеместного проведения санкиртана-йагьи, и у нас есть опыт, что где бы ни происходила такая санкиртана-йагья, многие тысячи людей приходят и принимают в ней участие. Это следует продолжать по всему миру, и мало-помалу люди получат от этого благо. Члены движения сознания Кришны должны совершать санкиртана-йагью раз за разом, чтобы все жители Земли , в шутку или всерьёз, начали повторять Харе Кришна Харе Кришна, Кришна Кришна Харе Харе/ Харе Рама Харе Рама, Рама Рама Харе Харе, и так смогли получить благо, очищение сердца. Святое имя Господа (харер нама) так могущественно, что как бы оно ни повторялось, в шутку или всерьёз, эффект от вибрации этого трансцендентного звука распространяется одинаково”.

(Шримад-Бхагаватам 4.24.10, комментарий)

Индийский посол попросил встретить его в 2 часа дня в аэропорту городка, лежащего в ста километрах от Колобжега и привезти на фестиваль, где он будет официально встречен мэром. Мы сообщили ему, что после его выступления с нашей главной сцены в 6 вечера мы проведём его и мэра по нашему фестивальному городку, а потом их ждёт банкет в одной из палаток. Вечером пройдёт пресс-конференция.

Заснул я с чувством удовлетворённости. Всё шло по плану: престижное место, высокопоставленные лица, пресса, погода.

В 2:00 утра меня разбудило громкое “Бах! Бах! Бах!” Это был гром, сотрясавший стёкла в окне моей комнаты. Я выпрыгнул из кровати и подбежал к окошку.

- О, нет! – громко сказал я. – Это невозможно!

Тут яркая вспышка молнии рассеяла темноту комнаты и подтвердила мои наихудшие опасения: Колобжег накрыла огромная буря.

Я не смог заснуть. Я просто сидел и повторял джапу, а дождь лил.

В 5.30 утра я разбудил Джаятама: “Позвони в Бюро погоды”.
Он сел и протёр глаза. “Э-э-э. Что? – спросил он. – Прямо сейчас?”
“Как можно быстрее”, – ответил я.
Чуть позже этим же утром Джаятам принёс сводки прогноза погоды: “Три дня шторма. Постоянный дождь и ураганный ветер с градом”.
“Град? – переспросил я. – Посредине лета?”
“Так сказали синоптики, – ответил Джаятам. – И они убеждены, что это произойдёт на сто процентов”.

Я спустился к фестивальной площадке в 10 утра. Дождь продолжал хлестать, и по всей территории завывал дующий с моря ветер.

Несколько ребят из команды установки палаток пытались притянуть к земле тенты, некоторые из которых, казалось, вот-вот улетят. Кроме наших парней в поле зрения не было ни души – ни на набережной, ни на пляже.

Я сел в сторонке на зачехлённой сцене и наблюдал за этой тягостной картиной.

После обеда дождь и ветер так и не прекратились. Десять-пятнадцать преданных спустились к фестивальному городку и сели рядом со мной на большой сцене, с вытянутыми лицами наблюдая за трагической сценой. К трём часам дня на набережной появилось несколько прохожих с зонтами, скорее всего, не собиравшихся оставаться снаружи целый день.

“Возможно, если мы начнём киртан и будем взывать к милости Господа, фестиваль всё же начнётся”, – подумал я.

“Хватайте барабаны и караталы! – крикнул я парням. – Мы идём на харинаму”.

Они изумлённо взирали на меня. “Наверное, они думают, что я сошёл с ума”, – подумал я.

“Давайте же!” – крикнул я.

И мы вышли в дождевиках на мокрую набережную – несколько преданных, сражающихся с зонтами, вырываемыми ветром.

“Пойте громче!” – сказал я преданным, когда мы танцевали, продвигаясь по мостовой, а несколько юношей вручали приглашения людям, изумлённо смотревшим на нас, танцующих под дождём.

Через полчаса один преданный подошёл ко мне:

“Шрила Гурудева. У всех уже есть приглашения с прошлых дней. На самом деле, у некоторых их уже по 5-6 штук. Все преданные насквозь промокли. Они могут заболеть”.

“Ты прав, – согласился я. – Возвращаемся домой”.

В 4.15 дня мне позвонила Нандини. “Посол в нашей машине, – сказала она. – Мы только что вышли из мэрии и едем с мэром на экскурсию по городу. На фестиваль мы приедем вовремя, как раз к шести вечера”.

“Отлично”, – пробормотал я без энтузиазма, глядя на пустой палаточный городок, поливаемый дождём.

К 4.30 подошли почти все преданные и занялись последними приготовлениями к фестивалю

В 5 вечера я давал интервью телевизионной группе на сцене, и неожиданно несколько ярких солнечных лучей пробилось сквозь тучи, осветив всю местность. Все посмотрели в небо. Даже оператор повернул камеру вверх, снимая солнце, пробивающееся сквозь тучи.

Камера вновь вернулась ко мне.

- Как вам это удалось? – спросила девушка, бравшая интервью, так же изумлённая, как и все вокруг.

- Это всё по воле всеблагого Господа, – ответил я. – В конце концов, это же Его праздник.

- Его праздник? – переспросила она.

- Пока всё, – сказал я. Нам нужно подготовиться к приёму большой толпы гостей.

Она посмотрела вокруг на пустой фестивальный городок:

- Толпа? Какая толпа?

Но в течение следующих 45 минут, пока солнце продолжало сиять и разгонять тучи, люди хлынули на набережную и пляж из своих домов, коттеджей, туристских бунгало и палаток. Огромная толпа начала собираться перед нашей сценой. Такое же количество народа собралось и под тентами. Не переставая удивляться этой картине, я посмотрел на часы. Было 5.45. Мэр и посол должны были приехать через 15 минут.

Мы в темпе стряхнули дождевую воду со сцены, запустили большой генератор и включили свет и звук. Через несколько минут наши индийские танцовщицы уже танцевали на сцене. Они привлекли более чем тысячную толпу. Теперь солнце появилось полностью, а большинство облаков рассеялось.

Неожиданно я посмотрел влево на набережную слева и метрах в 50 увидел Нандини и Джаятама, идущих в нашу сторону вместе с послом, мэром и множеством городских чиновников.

Горячие солнечные лучи быстро испаряли лужи, и марево, вроде тумана, создало почти мистическую атмосферу к тому моменту, как сановники прошли по фестивальному городку и поднялись на сцену.

Я стоял полностью огорошенный. Всё произошло слишком быстро, а люди продолжали вливаться на наш фестиваль.

Огромная толпа замерла в молчании, когда к микрофону подошёл посол. Я рассматривал зрителей и видел, что происходит со многими богатыми и влиятельными людьми. “Они, определённо, примут слова посла близко к сердцу”, – подумал я.

Это был исторический момент в распространении сознания Кришны в Польше.

Голос посла разносился над всей набережной и пляжем:

- Дамы и господа!

С превеликим удовольствием я сегодня нахожусь среди вас и открываю Фестиваль Индии в вашем замечательном городе.
Интерес Польши к Индии восходит к 15-му столетию, когда многие польские писатели, солдаты и миссионеры начали посещать Индию и поощрять интерес польского народа к индийской цивилизации, философии, искусству и культуре.

В настоящее время международное общество сознания Кришны совершило гигантское служение по распространению индийской культуры в Польше и других частях мира. ИСККОН опубликовал несколько великих индийских эпосов, включающих Бхагавад-Гиту, Шримад Бхагаватам и Махабхарату и сделал эти замечательные книги доступными для наших польских друзей.

К тому же, проведение таких Фестивалей Индии на протяжении многих лет помогло в формировании международной связи любителей индийской культуры. Как вы увидите в ближайшие несколько дней, большинство артистов и выступающих – из Европы и Африки.

Я не слишком преувеличу, если скажу, что люди, устроившие этот фестиваль – реальная сила, способная распространить индийскую культуру и цивилизацию по всей Польше. Они – посланцы Индии здесь. И мы гордимся ими. Наблюдая такой энтузиазм в распространении индийской культуры без какой либо прямой поддержки со стороны индийского правительства, я испытываю чувство, которое нелегко выразить словами. Могу только сказать, что для меня – привилегия родиться индусом и обрести здесь таких больших друзей моей страны.

Я действительно польщён всем, что они делают для распространения культуры моей страны. Спасибо.

Посол говорил, и многие люди кивали в знак согласия с его словами. Когда он закончил, загремели громкие продолжительные аплодисменты.

Всё, о чём я мог подумать, было: “Слава Шриле Прабхупаде, послу духовного мира, посланному Кришной. По его милости всё это стало возможным!”

Потом слово взял мэр. В конце концов, они с послом покинули сцену, и мы сопроводили их по всему фестивальному городку, закончив в одной из наших палаток, где был приготовлен банкет. На пресс-конференции, состоявшейся вечером, один из сомневающихся репортёров обратился к послу:

- Действительно ли это фестиваль представляет вашу индийскую культуру?

- О да, – ответил он, – это в самом деле так и даже больше, чем я мог представить себе до приезда сюда. Фактически, эти преданные больше делают для распространения богатейшей индийской культуры, чем даже мы в посольстве.

Увидев, что репортёр не собирается записывать эти похвальные слова, он покивал головой, заставив его сделать это.

Когда фестиваль подходил к концу, и посол покидал нашу палатку, направляясь в свой отель, я увидел, что он вручил Нандини свою визитку: “Мы были бы рады сотрудничать с вами, – сказал он. – У меня множество планов. Пожалуйста, приезжайте встретиться со мной в Варшаве на следующей неделе”.

В этот момент я услышал, что в облаках начинает громыхать – верный знак приближающейся бури.

“Пусть пойдёт дождь, – сказал я, глядя на небеса. – Пусть хлынет ливень”.

И, конечно же, как только мы ушли с места проведения фестиваля, тучи разверзлись, и полил дождь. Но, к моему удивлению, к следующему утру небо вновь было чистым, и следующие два дня тысячи людей наслаждались нашим фестивалем на песках самого престижного пляжа в Польше.

А что же случилось с градом, который, по прогнозам синоптиков, должен был выпасть со стопроцентной вероятностью? Он был растоплен сиянием милости Господа Чайтаньи. Будьте уверены на сто процентов!

“Мы всегда должны с энтузиазмом пытаться охотиться на носорогов. Таким образом, если у нас не получится, все скажут: “Не страшно, всё равно носорога застрелить невозможно”. А в случае успеха все скажут: “Посмотрите, какую замечательную вещь они сделали!” Поэтому, если вы решительно настроены, пробуйте делать это и молитесь Кришне о защите”.

[ Шрила Прабхупада, письмо к Балаванте дасу, 22 декабря 1971 ]