Глава 10. Снова в городе

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 14. 2014-2016
   место: Польша

Из года в год предметом нашей особой гордости были летние фестивали в Колобжеге, одном из крупнейших популярных туристических мест на Балтийском побережье Польши. Были времена, когда мы боролись за разрешение проводить здесь свои программы, однако с годами разошлась молва, что наши мероприятия высокопрофессиональны, несут культуру, развлекают. В городе к нам стали относиться теплее и даже специально выделять дни для проведения нашего фестиваля.

К сожалению, в прошлом году в Колобжеге нас не было, так как город реконструировал береговую линию, на которой наши программы и проходили прошлые двадцать семь лет. Мы предвкушали «большое возвращение» в этом году, однако были разочарованы, узнав, что на обновленную территорию не въехать полуприцепу, который превращается в ту огромную сцену, на которой проходит наше шоу.

Нандини даси, как всегда, полная решимости, встретилась с мэром Колобжега, чтобы обсудить другие варианты мест.

– Как бы нам ни хотелось вас принять, подходящей уличной площадки для мероприятий вашего масштаба у нас нет, – сказал мэр Нандини.

– А как насчет площади у маяка в конце набережной? – предложила Нандини. – Там ежедневно собираются тысячи людей, чтобы посмотреть на выходящие в море корабли. Это было бы идеально.

Мэр покачал головой.

– Этот участок за всю историю города никогда ни подо что не предоставлялся, – сказал он. – Там своя атмосфера, и мы не хотели бы ее разбавлять. Кроме того, эта площадь находится под юрисдикцией начальника порта. Он никогда не согласится: это помешает его каждодневной работе – безопасному выведению и приему кораблей.

– Но пан мэр, у нас же не коммерческое предприятие. Мы проводим свой фестиваль, чтобы знакомить людей с привлекательной культурой Индии и тем позитивным духовным посланием, что может помочь им в жизни.

– Знаю, знаю, – отвечает мэр. – Я бывал у вас много раз и знаком с отличной организацией вашего фестиваля; как ни посмотри, это главное событие лета в Колобжеге.

Замолчав, он задумался.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Если получите разрешение начальника порта, городской совет вас вернет. Но учтите, убедить его будет не просто.

Когда Нандини приехала к маяку, большая мощеная площадь около него кишела тысячами туристов. «Было бы идеально для фестиваля», – думала Нандини. Но как только она спросила секретаря, можно ли поговорить с начальником, он сам вышел из кабинета и остановил ее, не дав сказать ни слова.

– Нет-нет-нет! Разрешение на проведение вашего мероприятия в этих владениях я вам не выдам. Они под моей юрисдикцией, и я этот вопрос даже рассматривать не буду.

– Но как вы поняли, о чем я собиралась поговорить? – сказала Нандини.

– Я слышал, что вам отказали с набережной, – ответил он. – Я ждал, что вы придете сюда, и я вам дал ответ. Дальше разговаривать об этом нет смысла.

– Пан начальник, – сказала Нандини, – мы ведь проводим свой фестиваль в вашем городе почти тридцать лет. Это уже местная традиция. Это не какое-то проходящее мероприятие. Оно привносит в Колобжег краски, радость, праздник и самое главное – несет глубокое духовное послание. И посол Индии в Польше, г-н Аджай Бисария, обещал приехать, если вы дадите нам разрешение…

– Так, хватит, – сказал капитан.

Несколько мгновений он смотрел в окно, на разбивающиеся о камни волны.

– Хорошо. Разрешаю вам провести фестиваль около маяка. Я много раз за эти годы бывал у вас и, говоря по правде, я верю во все, чего вы придерживаетесь. А теперь ступайте!

Нандини поспешила покинуть офис как можно скорее и достала телефон.

– Гурудева, мы получили разрешение на фестиваль в Колобжеге, – произнесла она, когда я ответил на ее звонок. Она явно была на грани слез.

– Поразительно, – сказал я. – Как ты убедила их пустить нас на набережную?

– Не на набережную, – сказала она. – Нам позволили использовать маяк.

– Маяк! – вскричал я. – Нет ничего невозможного, если Кришна этого хочет.

На следующий день 100 преданных на двух больших автобусах выехали с нашей базы, чтобы начать подготовку к фестивалю.

– Скорее! – торопил я водителя автобуса.

– До вашего мероприятия еще два дня. Куда спешить? – удивлялся он.

– Каждая минута на счету, – ответил я. – Не теряй их.

Наша группа харинамы, вовсю расцвеченная флагами, флажками и даже надувными шариками, начала петь и танцевать по пляжу – и люди нас заметили. Трое детей в воде стали, подпрыгивая, размахивать руками, чтобы привлечь внимание родителей:

– Мам! Пап! – кричали они. – Возьмите приглашения!

Дальше по пляжу я заметил плачущую женщину.

– Выглядит расстроенной, – говорю одной преданной. – Могла бы пойти спросить ее, что случилось?

Она вернулась, улыбаясь.

– Она извиняется, что доставила нам беспокойство. В прошлом году мы не приехали, так что она не знала, вернемся ли мы еще когда-нибудь. Она плачет от счастья, что фестиваль вернулся в город.

Краем глаза я заметил мужчину, сердито что-то выговаривающего преданному.

– Что происходит? – спрашиваю.

Преданный говорит:

– Джентльмен гневается…

Мужчина звучно прерывает его:

– Почему вы не приезжали в прошлом году?

Вокруг стали собираться люди, заинтересовавшись явным конфликтом.

– Простите? – вмешался я, все еще не понимая причину его недовольства.

– Почему вас не было в прошлом году? – повторил он. – У меня дети весь год ждут вашего фестиваля, чтобы приехать сюда летом. Вы их подвели. Они очень расстроились. Вы должны быть более последовательны и ответственны перед обществом.

Многие из собравшихся согласно закивали.

– Мне очень жаль, сэр, – сказал я. Говорил я громко, чтобы все вокруг могли слышать. – Это зависело не от нас; в городе шли работы на той территории, где мы обычно проводим фестиваль. Но через два дня мы устраиваем фестиваль у маяка.

Мужчина выглядел удивленным.

– У маяка? – переспросил он более спокойно. – Город разрешил вам провести там фестиваль?

– Ну да, а конкретнее – начальник порта, – сказал я.

– О, так это отлично! – воскликнул он. – Мы с семьей придем.

Собравшиеся рассеялись, а я покачал головой. «В прежние времена люди возмущались, когда мы появлялись в городе. Теперь они возмущаются, что мы не приезжаем! Верный знак, что движение прогрессирует».

В одном месте мы остановились, чтобы провести киртан и, как всегда, собралась большая группа загорающих. Многие из них вскоре уже танцевали с нами.

– Хотите услышать мое мнение об этом пении и танцах? – спросил у меня какой-то хорошо одетый джентльмен.

– Конечно, – ответил я. – Всегда интересно узнать, как публика оценивает наши успехи.

– Мое мнение, – сказал он с важным видом, – что эти пение и танцы имеют все шансы объединить все религии мира.

Преисполненные счастья воспевание и танцы закончились, и я обратил внимание на одну женщину, которая присоединилась к киртану, как только мы прибыли. Сияя, она переступала вперед-назад и, взяв за руки двух девушек-преданных, громко пела. Потом зашла в круг преданных и стала танцевать одна, воздев руки к небу. Она была с нами уже больше часа.

– А вам, как я смотрю, действительно все это нравится, – сказал я ей, когда группа киртана отправилась дальше по пляжу.

– О да, – отвечала она. – Я вас, и правда, люблю.

И затем подмигнула:

– Но помните: Иисус – вот единственный путь.

Дальше по пляжу ко мне подошел мужчина.

– Харе, Кришна и Рама, – говорит. – Вот! Я это сказал! Человек получает благо, даже один раз в жизни произнеся эти слова. Я это где-то прочел… Пока!

Сразу вслед за ним подошла женщина с Бхагавад-гитой в руках.

– Девушка, которая мне это продала, сказала, что вы подпишете.

– Да, конечно, – говорю. Когда я протягивал книгу ей обратно, она произнесла:

– Наконец-то есть что почитать, кроме Библии.

– О, но Библия также очень важное Писание, – говорю.

– Это так, – согласилась она. – Только вот ответы на все свои духовные вопросы я получила сегодня утром, когда пролистала несколько страничек этой книги.

После четырех часов мы завершили харинаму и вернулись к месту фестиваля, чтобы подготовиться к приему той массы народа, что должна была прийти. На дорожке меня окликнул мужчина:

– Индрадьюмна Свами… вы меня помните?

– Прошу прощения, – извинился я. – Не припоминаю ваше лицо.

– Вы должны помнить, – сказал он. – Мы с вами встречались на этой набережной в 1987. И минут десять очень интересно дискутировали. Это настолько изменило мою жизнь в лучшую сторону…

Чувство вины немного отпустило: встреча состоялась пятнадцать лет тому назад.

– Я в тот день купил вашу кассету с киртаном «Пада камалам», – продолжал он. – Я все еще слушаю ее каждый день по дороге на работу. Мои дети не засыпают без нее. Я просто хотел поблагодарить вас за то, что вы сделали для меня и моей семьи.

– Это был всего лишь короткий разговор, – сказал я.

– Но этого хватило, – ответил он. – Даже более чем.

Фестивальная площадка уже была полна людьми, сидящими на скамьях перед главной сценой.

– До представления же еще добрых два часа, – сказал я скептически Гуру Крипа дасу.

– Думаю, это от того, что в прошлом году фестиваля не было: они хотят быть уверены, что ничего не пропустят в этом, – ответил он.

На фоне красивого порта и возвышающегося позади нас маяка фестиваль смотрелся особенно привлекательно. Все больше и больше народа проходило через ворота, и я воспользовался возможностью расспросить их, почему они пришли.

– Несколько лет тому назад я купила на одном вашем фестивале четки, – ответила одна женщина. – И использовала их дома для декора. Но мне подсказали, что у них есть и более важное назначение, а потом однажды я увидела преданного, повторяющего на них. Вот, захватила их сегодня с собой, чтобы узнать, как на них повторять.

– Мои внуки никогда не были на вашем фестивале, – ответил пожилой человек на мой вопрос, почему он пришел. Он показал на четверых детей рядом с собой. – А я бывал не раз. Я уговорил их прийти, потому что здесь, на вашем фестивале, найдется что-то для каждого члена семьи.

Тут он повысил голос:

– А если им не понравится, вечером я всех отправлю домой, к родителям. Сказать по правде, я бы ни за что на свете не пропустил фестиваль. Особенно потому что в прошлом году вы не приезжали!

На середине программы начался дождь, но народ подготовился: зрители дружно защелкали зонтиками.

Когда подошло время моего выступления, я помолился Шриле Прабхупаде.

«Шрила Прабхупада, я никогда не просил вас ни о чем, кроме благословений, чтобы мои слова коснулись людских сердец. Все эти годы моей молитвой было: оставаться вашим представителем и говорить от вашего имени. Позвольте мне и в этот раз быть таким трансцендентным посредником».

Когда спустя сорок пять минут я спускался со сцены, внизу, как всегда, меня поджидала небольшая группа людей с Бхагавад-гитами для подписи.

– Я ученый-генетик, – представилась первая дама. Я посмотрел, книги у нее не было, и напрягся в ожидании дискуссии о науке и религии. Хотел бы я изъясняться на таком научном жаргоне, чтобы мои объяснения были для нее более приемлемы.

– Мне понравилось ваше выступление, – сказала она, и я вздохнул с облегчением. – Интересный у вас подход к науке и религии. И аргументы гораздо лучше, чем те стандартные, которые я обычно слышу, разговаривая с религиозными людьми. Откуда вы получили это знание?

– От своего духовного учителя, – с гордостью произнес я.

– Он был ученый? – спросила она.

– Нет, – отвечал я, – но он был представителем величайшего ученого.

– Величайшего ученого.., – повторила она. – Скажите мне. Кто это?

– Бог, – сказал я. – Тот, кто все это и создал.

– Ну об этом можно и поспорить, – произнесла она, вынимая Бхагавад-гиту из сумочки. – Но вы все же убедили меня купить эту книгу – чтобы искать дальше.

Когда я вернул ей книгу, она пожала мне руку:

– Ваша презентация была бы сильнее, если бы вы использовали немного научной терминологии.

– Я думал о том же самом, – ответил я с улыбкой.

– Шрила Гурудева, – сказал Матхуранатх дас, когда она отошла. – Я слушал вашу лекцию: ваши аргументы против мирских ученых были потрясающи.

– Ну, не надо пребывать в иллюзиях, – сказал я. – Если бы не Шрила Прабхупада, я бы все еще стриг лужайки в Университете Мичигана, не думая ни о науке, ни о религии.

Следующим в очереди был мужчина, держащий Гиту так крепко, что сначала я даже не смог ее забрать у него на подпись.

– Прошу прощения, – сказал он, отпуская книгу. – Всю свою жизнь я искал то знание, которым вы делились с нами сегодня вечером. И теперь, когда оно наконец-то у меня в руках, я воспротивился отпустить его хоть на мгновение. Поверить не могу. Наконец-то я его заполучил!

– Подпись займет одну минуту, – сказал я.

– Хорошо, – ответил он, – но пообещайте, что вернете.

Следующим в очереди был мужчина с раскидистыми усами. Пока я подписывал книгу, он стоял молча.

– Что вас вдохновило купить книгу? – сказал я, надеясь, что завяжется разговор.

– Я машинист поезда, – ответил он. – По долгу службы разъезжаю по всей Европе.

– Интересная профессия, – сказал я. – Дает вам возможность путешествовать, смотреть на мир.

– Она дает мне повод вопрошать о жизни и смерти, – отвечает он без тени улыбки.

– О, – говорю, – что вы имеете в виду?

– Я видел много людей, закончивших свою жизнь под поездом. Самоубийц. Каждый год четверо-пятеро бросаются мне под поезд или привязываются к рельсам. Я всегда чувствую вину, видя этих умерших. Это не сразу принимаешь. В последнее время это заставило меня задуматься, есть ли жизнь после смерти. То, что вы говорили о реинкарнации… мне это понятно. Я купил книгу, чтобы понять больше и так облегчить свои страхи и неуверенность.

«Легко понять, почему Шрила Прабхупада так настаивал на широком распространении своих книг, – подумал я. – Вне всяких сомнений, они облегчают страдания падших обусловленных душ».

Следующим подъехал мужчина в инвалидной коляске

– Откуда вы получили всё то знание, которое изложили в комментариях? – спросил он.

– Не я их писал, – отвечаю, хмыкнув. – Их написал мой духовный учитель.

– А, понимаю, – говорит он. – И если вы повторяете то же самое, то удостаиваетесь права говорить со сцены. В этом идея?

– Да, – отвечаю я.

– А если я обучаюсь этой науке и практикую ее, я могу делиться этим знанием с другими?

– Да, – говорю, – думаете заняться этим?

– Да, – отвечает он. – Я прикован к креслу и на многое не способен. Но ваша речь вдохновила меня попробовать расширить горизонты своей жизни… делиться этим знанием с другими.

Последний человек в очереди, очень прилично одетый, прождал довольно много времени. Когда я извинился за это, он улыбнулся.

– Без проблем, – сказал он. – Я хотел получить надпись-посвящение к этой книге, но хотел и сказать комплимент вашему фестивалю. Я уже довольно долгое время наблюдаю за ним, и вижу, он год от года развивается.

Отдавая ему книгу, я спросил, кто он по профессии. Это было любопытно – выглядел он весьма аристократично.

– Если я вам скажу, вы не поверите, – сказал он на полном серьезе. – Как не поверите и если скажу, кто я. Вы, может быть, даже в обморок упадете.

– Кто, я?

– Да, вы, – сказал он. – Но будьте уверены, что с моим влиянием многие в этой стране услышат о вашем фестивале и сами приедут оценить.

Он отошел, плотно заложив книгу под мышку, а я подумал о своем духовном учителе и взмолился ему.

«Шрила Прабхупада, всё это – лишь ваша милость. Вы организовали свое Международное Общество Сознания Кришны в 1966, пятьдесят лет тому назад, и в нем всё продолжаются чудеса, одно за другим. То, чему мы очевидцы в своих скромных попытках служить вам здесь, в Польше – лишь частичка великого всемирного феномена. Мы молимся о том дне, когда слава ваша будет собрана в восхитительную летопись – чтобы ее оценил весь мир, раз и навсегда».

**************************
«Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг». [ Библия, Иоанна 21:25 ]