Лекарство святых имён

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 6. 2004-2005
  

На следующий день после возвращения в Коломбо из поездки в Матару мы в темпе занялись подготовкой к спасательным работам. Мы использовали фонды, пожертвованные за океаном, на покупку всего необходимого для приготовления пищи: тонн риса, дала, овощей и специй, пяти новых огромных котлов и разных кухонных принадлежностей. Десять преданных разгружали предоставленный правительством грузовик, складировали в фургон и отправляли все это на юг Шри Ланки, готовясь начать ежедневное приготовление прасада для пяти тысяч человек, оставшихся без крова.

На следующий день я взял троих преданных в другой фургон на восточное побережье Шри Ланки, чтобы узнать, есть ли возможность распространять прасад и там. Тринадцатичасовая поездка должна была вывести нас через холмистую местность и стокилометровую равнину к океану.

Большая часть восточного побережья Шри Ланки контролируется Тамильскими Тиграми. Силы мятежников 30 лет сражались с синхалезским правительством, прежде чем три года назад они согласились на прекращение огня. Перемирие продолжается, но правительство предупредило, что не может гарантировать работникам гуманитарных миссий безопасность, если они направятся в захваченные повстанцами районы.

“Если ты идёшь распространять прасадам и воспевать киртан, они не тронут тебя, – сказал Махакарта дас, президент храма в Коломбо. – На самом деле, они будут рады тебе. Большая часть помощи, предоставленной мировым сообществом жертвам цунами Шри Ланки, была роздана в южном регионе, контролируемом правительством”.

Ужас, свидетелем которого я стал на южном побережье, казалось, остался далеко позади, когда мы ехали по живописным джунглям. Извилистая дорога вела нас по самым красивым местам, которые я когда-либо видел. Хорошо ухоженная дорога прежде служила множеству туристов, валом валившим на Шри Ланку до и после войны. Удивительное разнообразие разноцветных птиц порхало во влажном воздухе, и их яркая окраска контрастировала с роскошной зеленью джунглей. Тропический климат и богатство окружающей среды обеспечило Шри Ланке изумительное разнообразие пернатых. “Здесь их более четырёхсот видов”, – сказал водитель.

Мы проехали через Канди, второй по размеру город на острове, являющийся культурной и духовной столицей синхалезцев. В центре города есть прекрасное озеро, а на его северном берегу расположен Шри Далада Малигава, Храм зуба. Здесь хранится подлинный зуб Господа Будды, который, как считают, был выхвачен из Его погребального костра в 543-м году до н.э. и нелегально провезён на Шри Ланку в причёске принцессы примерно через девятьсот лет после этого.

Следуя дальше, мы увидели холм, покрытый сверкающей зеленью огромных чайных плантаций. Через два часа езды мы миновали указатель, объявлявший о слоновьем приюте.

- Слоновий приют? – изумлённо переспросил я.

- На острове много диких слонов, – сообщил нам водитель. – Из-за войны множество слонят осиротело. Поэтому правительство устроило приют. Он открыт для посетителей.

- Может быть заедем, посмотрим, – предложил один преданный.

- Мы здесь не для этого, – сказал я. – Мы не туристы. У нас миссия – помощь жертвам цунами, не забывайте это.

Все в фургоне замолчали.

Через несколько часов я спросил водителя:

- А как мы узнаем, что уже на территории Тамильских тигров?

- О, узнаете, – ответил он, смеясь.

Уже сгустились сумерки, и я как раз начал погружаться в дремоту, когда меня грубо выдернуло из сна: машина стала дёргаться и подпрыгивать на дороге.

- Что происходит? – спросил я водителя.

- А вот теперь мы на территории Тамильских тигров, – ухмыльнулся он.

Высунув голову в окно, я увидел, что вся дорога в выбоинах. Весь асфальт потрескался, и лишь немногие дорожные знаки указывали верное направление.

- Здесь начинается иной мир, – сказал водитель. – Одни районы тут патрулируются силами правительства, а другие – Тамильскими тиграми.

Через несколько минут мы подъехали к блокпосту правительственных войск, который перегораживал дорогу. Солдаты прошли по нашему фургону, освещая его фонариками. Не совсем представляя, как себя вести, я просто улыбался. К моему удивлению, они улыбнулись в ответ.

- Они знают, с какой целью вы здесь, – сказал водитель. – Не так много туристов путешествует теперь этими дорогами.

- Догадываюсь, почему, – заметил я.

Солдаты пропустили нас. Когда мы, подскакивая, двинулись дальше, я скосил глаза, чтобы взглянуть на джунгли. Внезапно водитель резко нажал на тормоз, чтобы избежать столкновения с чем-то огромным, пробиравшимся через дорогу впереди нас.

- Харе Кришна! Да это слон! – воскликнул кто-то из преданных.

Снова прибавив скорость, водитель медленно объехал животное.

Через некоторое время мы спустились из холмистой местности на равнину, ведущую к морю.

- Сколько часов ещё ехать? – спросил я. Казалось, мы едем уже несколько дней.

- Пять, – ответил он.

- Пять! Отлично, тогда притормози; мне нужно ответить зову природы.

Когда водитель остановился, я вышел из машины и направился к полю.

Как только я ступил на траву, один из преданных закричал:

- Махараджа! Стойте! Это минное поле!

Я тут же остановился и стал осторожно пятиться, и только тогда заметил поблизости несколько красных табличек с нарисованными черепами и костьми и предупреждением: “Опасно! Мины!”

- Возвращайтесь, – сказал водитель. – Найдём другое место.

Тронувшись, он объяснил, что многие участки земли здесь были заминированы во время войны силами обоих правительств – и синхалезским, и Тамильскими тиграми. Сотни и тысячи мин и тонны взрывчатки захоронены в этой части страны.

- Будьте осторожны, когда ходите. Держитесь главных дорог. А также опасайтесь змей. На Шри Ланке их пять ядовитых видов.

Потянувшись под сиденье, он вытащил сосуд с какой-то грязью.

- Если нанести это, будете защищены, – предложил он.

- Что это? – с любопытством спросил я.

- Это из города Мадху на севере, – ответил он. – Там расположена статуя нашей повелительницы Мадху. Она защищает нас от укусов змей, а также нас хранит земля, взятая у её алтаря. Хотите немного?.

- Нет, спасибо, – отказался я, замахав руками. – Предпочту общепринятые методы.

Темнота наступила, когда мы уже ехали по равнине. На улицах небольшой деревушки, через которую мы проезжали, не было ни души.

- Где же все? – спросил я.

- Большинство сражений во время войны происходило по ночам, – ответил водитель, – поэтому люди привыкли укрываться в домах с наступлением сумерек.

- Так ведь сейчас перемирие, – сказал я.

- Прекращение огня не означает, что война окончена, – сказал он. – До сих пор время от времени происходят перестрелки. Недавно политический глава Тамильских тигров был расстрелян неподалёку отсюда.

В фургоне снова воцарилось молчание, и я задремал. Проснулся я в деревне и увидел здание с вывеской, гласящей “Окружная штаб-квартира Тамильских тигров”.
Я с удивлённым видом повернулся к водителю, а он с серьёзным видом заявил: “Это место под их контролем”.

Сразу после полуночи мы прибыли к месту нашего назначения: небольшой деревушке Баттикалоа на дальневосточном берегу Шри Ланки.

Просидев целый день в душном кузове, я хотел выбраться на свежий воздух, и уже собрался попросить водителя подъехать поближе к пляжу, чтобы можно было немного прогуляться, как вспомнил, что наверняка увижу жуткую сцену разрушения, как и в прочих местах на побережье.

Скоро мы встретили местного священника-индуса, с которым у нас была запланирована встреча. Через храм Ганеши он провёл нас в Свадебный зал, где нам предстояло расположиться этой ночью. Снаружи ещё не совсем стемнело, и я удивился, увидев множество мужчин, спавших на полу.

- Это рыбаки, потерявшие свои дома и семьи в цунами, – сказал священник.

Когда я натягивал москитную сетку, снаружи громыхнул оглушительный удар грома. Вскоре начался ливень. Измотанный длительной дневной поездкой, я быстро заснул.

Встал я поздно. Рыбаки уже поднялись и готовили завтрак в углу зала. Когда все проснулись, мы совершили омовение у колодца снаружи. Прочитав большую часть кругов, мы вместе с местным священником, нашим переводчиком, отправились осматривать лагерь для бездомных.

Посетив первый из них, я спросил священника, получают ли люди достаточно пищи.

- С едой здесь проблем нет, – сказал он. – Хоть правительство и не слишком заботится о нас, наши люди из внутренних областей, не затронутых цунами, предоставляют нам достаточно риса и дала. Индийское правительство также отправило несколько кораблей, гружёных теми же продуктами.

- Главная проблема сейчас в том, что большинство жертв цунами находится в посттравматическом состоянии. Люди всё ещё в шоке. Минимум дважды в неделю возникают слухи о приближении ещё одного цунами, и люди впадают в панику. Они хватают своих детей и пожитки и, крича, разбегаются из лагеря.

- У вас есть навыки врачевания травм? – спросил он меня.

- Нет, – ответил я, – но у нас есть особое лекарство для этого.

- Особое лекарство?

- Да, подождите – увидите сами.

Когда мы прибыли в первый лагерь, я отметил явное различие с тем, что мы видели на южном побережье. Здесь скопилось около семисот человек, и, похоже, было намного меньше порядка. Не было ни представителей Красного Креста, ни армейского персонала. Люди как будто находились в прострации. У многих были перевязанные раны. Лицо одной женщины только начало заживать после ужасного ожога. Страдание, казалось, нависало над лагерем, как тёмная муссонная туча.

Пройдя прямо в центр лагеря, я попросил стул и сел. Люди, заинтересовавшись, стали собираться вокруг нас. Преданные расселись вокруг меня, и, взяв нашу мридангу, я начал петь Харе Кришна. Через несколько мгновений уже весь лагерь внимательно слушал. Через какое-то время я заметил, что люди, вдохновляясь, начинают хлопать. Через десять минут я остановился. Повернувшись к священнику, я сказал:

- Они хлопают, но не поют.

Он наклонился и прошептал:

- Они здесь не знают Кришну. Но знают Рамачандру. В конце концов, это же Ланка, где жил Равана.

Улыбнувшись, я снова начал киртан, запев: “Рагхупати Рагхава Раджа Рам, Патита Павана Сита Рам”. Люди тут же отреагировали, улыбаясь и подпевая. Когда киртан стал быстрее, некоторые начали танцевать. Через двадцать минут я закончил киртан. Атмосфера была – как на Вайкунтхе.

Удивлённый, священник сказал:

- Они выглядят такими счастливыми!

С улыбкой повернувшись к нему, я произнёс:

- Это лекарство святых имён.

Когда зрители уселись, я начал рассказывать истории из Рамаяны. По постоянным кивкам головой, было видно, что эти истории им известны, но они пили нектар Рама-катхи так, как будто наслаждались им впервые. Через сорок пять минут я вызвал вперёд детей и задал несколько простых вопросов: Кто был женой Господа Рамы? Какого цвета был Господь Рама? Кто был Его самым верным слугой? Когда ребёнок отвечал правильно, я давал ему или ей небольшую открытку с изображением Радхи и Кришны и календариком на обратной стороне. Судя по энтузиазму детей, эти цветные открытки были для них подороже золота!

Потом я научил их мантре Харе Кришна, и, когда они запели все вместе, воцарилась атмосфера блаженства.

Когда мы собрались уезжать, многие женщины стали выступать вперёд, чтобы положить своих маленьких детей мне в руки. Я был не совсем уверен, что с ними делать, поэтому просто повторял имя Кришны на ухо каждому младенцу. Там было много детей, и у меня ушло на это достаточно времени. Когда мы подошли к воротам, все обитатели лагеря последовали за нами. Они были очень благодарны: все махали нам, а некоторые даже расплакались, когда мы садились в фургон, чтобы ехать дальше. Для меня это стало ещё одним доказательством того, что киртан и Хари-катха являются панацеей от всех проблем в Кали-югу.

ахо ахобхир на калер видуйате
шудха су дхара мадхурам паде паде
дине дине чандана чандра ситала
йашо йашода танайасйа гийате

“Кто ежедневно воспевает славу сына Яшоды, Кришны,
Который охлаждает словно камфора с сандалом,
ему дни Кали-юги не приносят беспокойств.
Его каждый шаг – что наводненье сладкого нектара”.

[ Шрила Рупа Госвами, "Падйавали", текст 41 ]

Когда мы подъезжали к следующему лагерю, мне позвонил Тара дас, отвечавший за раздачу прасада в округе Матара на юге.

- Всё идёт хорошо, Махараджа, – сказал Тара. – Вчера мы раздали четыре тысячи порций. Это только начало. Многие люди в лагере счастливы помогать нам, собирая дрова для готовки и помогая резать овощи. Майор организовал для нас грузовики, так что мы можем каждый день раздавать прасад на выезде в других районах.

- Скоро приедут преданные из России, – продолжал он, – и мы начнём раздавать прасад и в других частях страны.

По дороге священник повернулся ко мне и сказал:

- Люди на пляже пострадали больше всего. Хотя их дома разрушены, некоторые не соглашаются уходить. Как Вы думаете, могли бы мы заехать туда, перед тем, как тронуться дальше? Им действительно нужна помощь.

- Хорошо, – сказал я. – Поехали.

За несколько минут мы добрались до пляжа. Когда мы вышли из машины, мне показалось, что глаза обманывают меня. Насколько хватало взгляда – всё было разрушено. Картина была ещё более безрадостной, чем в южной части страны. Цунами уничтожило практически каждый дом. Машины, мотоциклы, стулья, диваны, игрушки, одежда – почти бесконечное разнообразие вещей было рассеяно повсюду. И ужасающий запах смерти. Я закрыл рот одеждой.

- В основном, мёртвые животные, – пояснил священник, – но мы также продолжаем находить и тела людей. Некоторые погребены в руинах домов, а какие-то периодически выносит на берег.

Проезжая по южному побережью, я видел разрушения только со стороны. Сейчас я проходил прямо по ним. Нам приходилось пробираться по руинам, осторожно ступая по осколкам стекла, кускам бетона и занозистым доскам с проволокой и – костям, уже выбеленным тропическим солнцем. Неподалёку я увидел добровольцев из благотворительной миссии, разбрызгивавших повсюду жидкость для дезинфекции.

- По милости Господа, эпидемия здесь ещё не началась, – сказал священник.

Проходя по окрестностям, полностью разрушенным цунами, мы прошли мимо двух обезумевших мужчин, сидевших на обломках того, что было их домом. Когда мы подошли, один из них поднял глаза и, безвольно разрыдавшись, сказал:

- Я был на крыше дома и видел, как маму унесло прямо у меня на глазах.

- Я потерял обоих детей, – сказал второй, вставая. – Их вырвало у меня из рук, когда я сидел прямо здесь.

Схватив меня за курту, он закричал:

- Почему Бог допустил такое? Я не грешник!

В этом случае нечего было сказать; в таком состоянии никакие разумные слова не приносят объяснения. Я просто обнял его рукой. Через пару минут, когда наша группа собралась уходить, я тихо сказал ему: “Харе Кришна”. Кивнув головой, он посмотрел в небеса, безмолвно принимая свою судьбу и волю Провидения.

Через пару минут мы подошли к сильно повреждённому храму, полностью заброшенному.

- Где настоятель? – спросил я.

- Погиб в цунами, – сказал наш священник. – В этом районе выжили единицы. Мы сожгли тело и развеяли прах у моря.

Тут же я увидел юношу, беспомощно всматривавшегося в близлежащие руины. Я попросил священника подозвать его.

- Что ты здесь делаешь? – спросил я. – Занятия в школе начались уже несколько дней назад.

- Ищу тела мамы, папы, трёх братьев и четырёх сестёр, – сказал он ошеломленно. – Страшный океан унёс их.

Я усадил его и положил руку ему на плечо.

- Тело временно, – сказал я, – но душа вечна, она никогда не умирает.

Эти несколько слов утешили его, поэтому я продолжал:

- Твои мать, отец, братья и сёстры сейчас уже где-то в другом месте. Ты не увидишь их больше в этой жизни.

Я спросил его, где он живёт.

- С тётей, – ответил он.

- Не возвращайся сюда больше, – сказал я. – Твоя мама хотела бы, чтобы ты сейчас был в школе. Я прав?

- Да, – согласился он. И повернувшись, чтобы уходить, сказал: “Спасибо”.

Только он ушёл, какая-то женщина взволнованно подбежала ко мне и схватила за руку. Она говорила на тамильском, и я не мог её понять.

- Она говорит, что потеряла в цунами своего мужа и восьмилетнюю дочь, – сказал священник. – А её трёхлетний сын в госпитале. У неё нет денег, чтобы кормить его. Она спрашивает, не могли бы вы дать ей немног”.

Я залез в карман, и, вытащив две тысячи рупий, вложил их в её руку. Продолжая плакать, она отошла и села на развалины своего дома.

Мы провели несколько часов неподалёку от пляжа посреди разрушений, разговаривая с людьми и пытаясь утешить их, как могли. Иногда я предлагал трансцендентное знание, но чаще это были просто объятия утешения, благодаря которым люди чувствовали столь необходимое им сочувствие.

На пути к своему фургону мы остановились у местной школы, от которой после цунами остался один стальной остов. Войдя внутрь, я понаблюдал, как учитель преподаёт математику группе в 30-40 детей.

Когда дети заметили меня, все они подбежали, чтобы посмотреть поближе. Я провёл несколько минут, пожимая их руки, спрашивая имена и дёргая девочек за косички. Один мальчик носил шляпу, и я, сняв её, водрузил себе голову, что рассмешило всех остальных. Тут-то я и увидел причину, по которой он носил эту шляпу: на голове у него была ужасная кожная инфекция. Сняв с себя шляпу, я подумал: “Возможно, мне придётся заплатить высокую цену за эту шутку”.

Я научил детей петь Харе Кришна и после короткого киртана мы удалились. Когда мы уходили, учитель сказал: “Спасибо. Они никогда не забудут ваш приезд”.

Возвращаясь к нашему фургону, я сказал священнику:

- Даже в одной этой деревне работы – ещё на годы.

- Не могли бы вы остаться подольше? – попросил он.

- Боюсь, что мне пора, – ответил я, – но в течение нескольких дней я пришлю сюда группу преданных, чтобы они раздавали прасад и воспевали с людьми. И я брошу клич. Возможно, по ту сторону океана есть преданные, которые тоже смогут уделить немного времени и приехать сюда.

Остановившись, священник взял меня за обе руки и сказал:

- Передайте им, что мы будем очень благодарны. Даже если они смогут приехать всего на несколько дней.

Мы посетили ещё несколько лагерей и на следующий день отправились в долгую поездку до Коломбо.

Когда мы уже под вечер приближались к нашей базе в Коломбо, водитель напомнил о данном мной обещании посетить загородный приют, организованный местным храмом ИСККОН. Увидев, что я устал и немного сопротивляюсь, он сказал:

- Они замечательные маленькие преданные.
- Преданные? – переспросил я.
- Да. Это больше, чем просто приют. Посмотрим?
- Хорошо, – согласился я.

Приехав в приют, я встретил там Нандарани даси, жену Махакарты, которая начала этот проект семь лет назад.

- Сейчас у нас здесь 79 детей, – сказала она, – большинство из них – сироты войны. Но недавно правительство попросило нас принять ещё 75 детей, оставшихся сиротами после цунами. Мы как раз начали строить новые спальни для этого.

Она повела меня на экскурсию по их владениям, и я был поражён чистотой и тем, как уютно всё было организовано.

- Мы также открыли детскую школу, – сообщила она с улыбкой.
- Нелегко, должно быть, растить сирот, испытавших ужасы войны, – предположил я.
- Многие видели, как убивали их родителей, – с горечью сказала она. – Это была техника, которой пользовались солдаты обеих сторон. Но за эти годы дети оттаяли от того, что им пришлось увидеть за время войны.
- Каким образом?
- Через сознание Кришны, – ответила она. – Пойдёмте, я покажу.

Она провела меня в храмовую комнату, где все дети с волнением ожидали встречи со мной. Когда я вошёл, все они предложили поклоны, а затем тут же окружили меня.

- Они хотят послушать истории о Кришне, – сказала она, – а потом устроить киртан. Это их жизнь и душа.

Я тут же начал рассказывать им истории о сознании Кришны, а через час схватил барабан и начал киртан. И снова мне довелось наблюдать всемилостивую природу святых имён, когда дети бешено отплясывали с зажигательной энергией, и их большие улыбки светились юным энтузиазмом. Я вывел киртан наружу, и мы пели и танцевали по всей территории. Они были вне себя от радости. Через полтора часа я выдохся и привёл группу киртана обратно в алтарную. Но они хотели ещё, поэтому я продолжал, молясь, чтобы достало силы выполнить их желание насладится вкусом святых имён. Когда мы, наконец, закончили, я сел на полу, окружённый детьми. Счастливые улыбки продолжали украшать их невинные лица.

“Где я, в стране, только что вырвавшейся из войны и недавно опустошённой цунами, или на Вайкунтхе, в духовном мире?” – спрашивал я себя в изумлении. И вновь взглянув на счастливых детей, знал: “Сейчас я на Вайкунтхе”.

Когда наша группа продолжила поездку в Коломбо, я сказал преданным в фургоне:

- Это что-то новенькое в нашем движении: приют, сознающий Кришну!

Ночью я принялся подгонять последние узлы нашей инфраструктуры, созданной для помощи на острове. Через несколько дней мне нужно было уезжать, но преданные, прилетевшие со мной из-за океана, продолжат работу, как минимум, на протяжении ещё двух месяцев.

Перед тем, как отправиться отдыхать, я вспомнил обещание, данное священнику с восточного побережья. Я отправил по электронной почте письма нескольким своим духовным братьям, спросив, не могли бы они уделить немного времени, чтобы приехать и помочь жителям деревень пережить последствия трагедии цунами.

Один ответ я получил моментально.

“Я не знаю, насколько смогу быть полезен, – написал один мой духовный брат. – У меня нет денег, я не врач, и не опытен в раздаче советов”.

Я ответил: “Просто приезжай, захватив святое имя. Это то, что сейчас нужно здесь больше всего”.

“Пусть же святое имя Кришны – источник всего трансцендентного счастья,
разрушение грехов Кали-юги, самое очищающее из всего очищающего,
пища святой личности, направляющейся в духовный мир,
сад наслаждения, в котором резвятся голоса святых, философов и поэтов,
жизнь благочестивых и семя древа религии, –
пусть же оно принесёт трансцендентное благо всем вам”.

[ Шрила Рупа Госвами, "Падйавали", текст 19 ]