Маленький закуток ада

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 6. 2004-2005
  

После Ратха-ятры в Буэнос-Айресе и недели проповеднических программ в разных частях города ко мне пришёл преданный с посланием от Гунаграхи Махараджа: не мог бы я посетить храмы ИСККОН в Чили и Парагвае?

На мгновение я заколебался – лишь потому, что попытался представить, где находится Парагвай. Бросив, в конце концов это занятие, я повернулся, чтобы сообщить посланнику о своём согласии, но не успел ничего сказать, как он протянул мне билет на самолёт. «Вы вылетаете послезавтра», – сказал он.

Такой поворот событий вызвал у меня улыбку. Это напомнило мне солдата, получающего новое назначение от старшего по званию. В действительности, Шрила Прабхупада иногда сравнивал распространение движения санкиртаны Господа Чайтаньи с воинской обязанностью.

«Так же, как Арджуна и Кришна одержали победу на поле битвы Курукшетра, это движение сознания Кришны, несомненно, будет победоносным, если мы останемся искренними преданными Господа, и будем служить Господу в соответствии с советами тех, кто прошёл впереди нас».

[ Чайтанья-чаритамрита, Мадхья-лила 4.79, комментарий ]

Поэтому, с новым предписанием на руках, в конце ноября я радостно взошёл на борт самолета до Сантьяго. Для странствущего проповедника предвкушение поездки в новые места проповеди всегда радостно – не по причине любви к туризму, но из-за возможности поделиться сознанием Кришны с другими.

Материальный мир представляет для преданного Господа очень небольшой интерес. Фактически, когда самолёт опустился за Андами около Сантьяго и облетал город, я даже не побеспокоился выглянуть в окошко, в отличие от большинства пассажиров. Я был уверен, что город, скорее всего, выглядит так же, как и многие другие, что довелось мне повидать за последние 35 лет. Глобализация привнесла практически в каждую страну мира одни и те же магазины, моду и рекламу. Неповторимость культур исчезает на глазах, уступая дорогу стандартному мировому порядку. По милости моего духовного учителя, Шрилы Прабхупады, сердцу моему остаются дороги только места игр Господа, такие как городок Вриндаван, где явился Господь Кришна.

«Конечно, в этом мире есть много городов, из них каждый благословлён Моим присутствием в форме главенствующего Божества, способного принести умиротворение ума преданным, подобным тебе. Но, друг Мой, со всей искренностью клянусь тебе снова и снова, что ни один из них не приносит столько радости Моему сердцу, как эта скромная деревня пастухов”.

(беседа Кришны с Уддхавой, Уддхава-сандеша, текст 8]

Несколько преданных встретили меня в аэропорту и отвезли в храм в центре города. После небольшой церемонии приветствия меня отвели в мою комнату, где я спросил о расписании мероприятий, запланированных с моим участием. И был удивлён, узнав, что на следующий день преданные запланировали проведение праздника Ратха-ятры.

Утром все мы собрались перед храмом, где группа преданных наносила последние штрихи в украшении большой колесницы. Там было больше трёхсот преданных, включая прихожан и гостей. Большинство из них составляла молодёжь.

«Много молодых людей в Сантьяго привлеклись сознанием Кришны, – сказал Ади Кешава, президент храма. – Каждый год приходит от десяти до пятнадцати новых преданных. Ситуация похожа на начальные годы движения в Америке, но здесь она продолжается десятки лет».

Я был впечатлён. Настроение было приподнятое и вдохновлённое. Вдруг кто-то подул в раковину, и 40-50 подростков взялись за верёвки и побежали по улице. Когда колесница понеслась, я перешёл на бег трусцой, чтобы не отстать.

«Это всё их энтузиазм юности, – подумал я. – Через минуту они сбавят темп».

Но темп нарастал, и мой бег трусцой превратился в бег, в то время как гигантская колесница вильнула за угол, чудом не задев припаркованные машины.

Сотни молодых преданных подпрыгивая, танцевали по всей улице. Мускулистые парни играли быстрый мощный ритм на мридангах, а ведущий киртана громко пел, щедро наполняя сладостью тёплый летний воздух и широко улыбаясь.

Тридцать минут и пять кварталов спустя, поняв, что преданные и не собираются сбавлять скорость, я перешёл на шаг и оказался позади.

Через час колесница развернулась и в темпе заехала за другой угол, повернула и поехала назад по параллельной улице. Я срезал по боковой улице и неожиданно обнаружил себя прямо перед шествием.

«Махараджа, – сказал лидер киртана, вручая мне микрофон, – Ваш черёд».

«Хорошо, – с улыбкой сказал я, – Но я не могу петь и бежать одновременно».

Я снизил скорость шествия и вёл киртан 20 минут. Затем отдал ведение киртана предыдущему певцу, который тут же перешёл на быстрый темп и унёсся по улице вместе с преданными и колесницей.

Посмотрев по сторонам, я увидел людей, наслаждавшихся зрелищем. «Это быстро несущийся фестиваль милости», – подумал я. И снова срезав, вернулся к месту проведения празднества и там дождался возвращения шествия.

Час спустя процессия приблизилась к парку на нормальной скорости, за ней следовала довольно большая толпа молодёжи. Через несколько минут я дал со сцены вступительную лекцию о сознании Кришны и заметил, что многие из молодёжи внимательно слушают, зачарованные философией. «Всё в порядке, – подумал я. – Если гонки с Господом Джаганнатхой по улицам Сантьяго это то, что приведёт этих подростков к началу духовной жизни, пусть будет так».

Единственным недостатком было то, что следующим утром я был так вымотан, что с трудом смог подняться с постели.

Некоторые из студентов приходили на лекции, которые я давал в храме на протяжении нескольких последующих дней, и я был счастлив представить им сознание Кришны. В действительности, я и сам испытывал такое наслаждение, что однажды утром был захвачен врасплох, когда один преданный напомнил мне, что сегодня пора вылетать в Сьюдад-дель-Эсте в Парагвай.

Поспешно упаковывая багаж, я отметил, что снова удивлённо спрашиваю себя: «Где же находится этот Парагвай?»

Я приехал в аэропорт за час и, пройдя паспортный контроль, сел у дверей, ведущих на взлётное поле, готовый к первой части путешествия – рейсу до Асунсьона. Я смакую подобные моменты, поскольку это единственные мгновения, когда я предоставлен сам себе. Я использую их для того, чтобы заняться письмами, почитать или прочесть дополнительные круги.

Но в этот раз я достал свой компьютер, вышел в Интернет и провёл краткий поиск данных по Парагваю в поисковой системе Google. Я выбрал информационный сайт Департамента государственного совета США. Читая написанное, я начал испытывать некий дискомфорт: «Тем, кто путешествует за пределами столицы, Асунсьона, следует прибегнуть к помощи агентства путешествий, поскольку удовлетворительные или приемлемые для туристов удобства очень ограничены в больших городах и почти не существуют на периферии».

«Зачем туристы вообще рискуют отправляться туда?» – удивился я.

«Большинство городских улиц вымощены булыжниками прямо поверх грязи», – продолжал сайт, – некоторые дороги в Асунсьоне и других больших городах заасфальтированы. Однако, в эти дорогах часто появляются выбоины, и подолгу остаются без ремонта. Почти все сельские дороги покрытия не имеют».

«Боже мой, – подумал я, – это даже хуже, чем во времена коммунизма в России».

«В последние годы повысился уровень преступности, объектами преступников зачастую становятся те, кто, в их понимании, богаты. Граждане США становились жертвами нападений, похищений, грабежей и насилия. В связи с этими обстоятельствами, подданные США, путешествующие или находящиеся в Парагвае, постоянно должны быть бдительны в вопросах своего окружения и безопасности».

«Вот это да!» – сказал я вслух.

«Гражданам США стоит избегать больших скоплений людей и любых событий, в ходе которых собираются толпы людей для демонстраций или протестов. Подобная деятельность приводит к спонтанным блокировкам дорог, включая основные государственные магистрали, по которым путешествуют туристы и местные жители. Гражданам США, заметившим пробки на дороге, не стоит пытаться продолжать запланированную поездку или пытаться пробиться через эти пробки».

Я сделал в уме пометку: «Избегать дорожных пробок».

Продолжая читать, я начал задаваться вопросом, правильно ли я поступил, решив приехать в Парагвай.

«В Сьюдад-дель-Эсте орудуют организации, обеспечивающие финансовую поддержку групп экстремистов, имело место несколько случаев хорошо организованных похищений ради выкупа».

«Избегать похищения», – подумал я, отчасти в шутку.

«Вооружённые грабители, автомобильные воры и грабежи домов – не редкость, как для городов, так и для периферии. В городах процветает уличная преступность, включая карманные кражи и грабежи, в том числе и в дневное время вблизи гостиниц и аэропортов».

«Приземлившись в Сьюдад-дель-Эсте, лучше соблюдать осторожность», – подумал я.

«Американцам, живущим или путешествующим по Парагваю, рекомендуется зарегистрироваться в ближайшем посольстве или консульстве США посредством сайта Государственного Департамента регистрации путешествий и получить свежую информацию о путешествиях и безопасности в Парагвае».

Я тут же зарегистрировал на сайте свой план поездок.

Когда объявили начало посадки на рейс, я быстро просмотрел ещё один сайт. Он подтверждал то, что говорилось на сайте Госдепартамента США: «Беззаконный регион конвергенции Аргентины, Бразилии и Парагвая, Сьюдад-дель-Эсте – место отмывки денег, контрабанды, торговли оружием и наркотиками, которые перевозятся экстремистскими организациями, и основная область незаконного производства марихуаны».

«В любом случае, нет причин впадать в уныние, – подумал я. – Опыт показывает, что подобные места зачастую представляют наилучшие возможности для проповеди».

Через два часа полёта мы приземлились в Асунсьоне, где я сразу пересел на рейс до Сьюдад-дель-Эсте. После взлёта стюардесса сделала объявление по-испански. Я смог понять только несколько предложений – что-то о трёх остановках по пути от Буэнос-Айреса.

«И как же мне узнать, какая остановка будет Сьюдад-дель-Эсте?» – подумал я.

Я подозвал стюардессу. «Хабла инглес? – спросил я на моём лучшем испанском. – Вы говорите по-английски?»

«Нет, сеньор», – ответила она, убегая по своим делам.

Скоро я заснул и резко проснулся минут через 45, когда самолёт заходил на посадку. Не вполне придя в себя ото сна, я схватил ручной багаж и быстро выскочил из самолёта. Я был единственным прилетевшим. По дороге к терминалу я вдруг понял, что не уверен, действительно ли мы приземлились в Сьюдад-дель-Эсте. Я посмотрел на здание терминала, но вывеска на нём о Сьюдад-дель-Эсте не говорила ничего.

Я подал паспорт на иммиграционном контроле. «Это Сьюдад-дель-Эсте? – спросил я офицера. Он или не понимал по-английски, или посчитал меня сумасшедшим, поскольку только потряс головой и рассмеялся, штампуя мой паспорт и возвращая его мне.

С собой у меня был только ручной багаж, поэтому я быстро пошёл к выходу, чтобы встретиться снаружи с преданными. По пути я с удивлением увидел табличку на английском и остановился прочитать её.

«Осторожно! Местность поражена опасной лихорадкой. Её переносят комары, поэтому очаги расположены, в основном, в городских районах и вокруг человеческих поселений. Примите все необходимые меры предосторожности».

«Ещё одна вещь, о которой следует побеспокоиться», – подумал я, выходя из дверей. Но когда автоматическая дверь закрылась за мной, я понял, что меня никто не встречает. Меня прошиб холодный пот. «Быть может Сьюдад-дель-Эсте был следующей остановкой», – подумал я.

Я достал мобильный телефон, но связи здесь не было. Я решил подождать и присел на бордюр. В этот момент ко мне обратилась группа из 10 или 15 таксистов. «Хаббла инглес? – спросил я, – Это Сьюдад-дель-Эсте?»

Они смеялись. Некоторые говорили «Си». Некоторые говорили «Нет».

Тут же все они пришли в движение и окружили меня. Я понял, что у меня проблемы. Когда я попытался встать, один из них пихнул меня назад. В следующий момент я увидел, как подхватили мою сумку с компьютером, и схватил её покрепче. Тут я увидел, что слева от меня утаскивают сумку с Божествами, и тоже быстро схватил её. Поскольку эти люди кружили вокруг меня, я был вынужден прижимать свои сумки к бокам. Вдруг подъехал микроавтобус и внутри я увидел преданных. Затем, как только появились преданные, таксисты исчезли в темноте.

«Всё в порядке?» – спросил один преданный.

«Лучше и быть не могло, – ответил я. – Вы, ребята, появились как раз вовремя».

«Как Вам понравился Парагвай?» – спросил другой преданный, когда я сел в машину.

«Ну, примерно так, как я и ожидал», – ответил я.

Я был немного потрясён инцидентом в аэропорту , и пока мы ехали через ночь к маленькому храму в предместьях города, сохранял молчание. Пока микроавтобус подпрыгивал на мощёных булыжником улицах, я пытался изучить то, что находилось снаружи, но было слишком темно. В моём представлении всё было так, как я о том читал – бедным, неразвитым и с необузданной преступностью.

Когда мы приехали, меня встретила небольшая группа преданных, и затем я удалился в свою комнату. Вымотанный, я лёг на кровать. Было жарко и влажно, поэтому я не накрывался, пока меня не обнаружили комары. Тогда я закутался, предпочитая потеть под одеялом риску подцепить лихорадку.

«Маленький уголок ада», – подумал я, засыпая.

Этой ночью мне приснилось, что в аэропорту меня похитили таксисты, запихали в багажник и увезли. Они послали письмо в Джи-Би-Си ИСККОН, что в течение 24 часов нужно заплатить выкуп в два миллиона долларов. Джи-Би-Си ответили, что не могут заплатить, потому что у многих храмов большие долги. Когда похитители собрались убить меня, в небесах появились сонмы ангелов и начали петь, распугав моих похитителей.

Я проснулся весь в поту.

«Был ли это сон?» – подумал я, с головой, тяжёлой ото сна.

«Да, конечно», – громко сказал я, садясь в темноте. Но вдруг я снова услышал пение ангелов. Я быстро встал с кровати и открыл дверь своей комнаты. Ворвался поток утреннего света. Я вышел, и пение стало громче.

Ко мне обратился преданный: «Доброе утро, Махараджа. Хорошо ли Вам спалось?»

«Откуда исходит пение?» – спросил я.

«Сразу за стеной Вашей комнаты расположена христианская школа, – ответил он. – Всё утро дети поют прекрасные христианские гимны».

«Да благословит Господь этих маленьких ангелов», – сказал я и пошёл принимать душ.

Позже я прогуливался перед зданием храма и с удивлением разглядывал красивый ландшафт, где простые жилища располагались в безмятежной субтропической зелени.

«Всё в порядке, Махараджа?» – спросил брахмачари.

«Да, – ответил я, – я в порядке. – Просто я не ожидал такого. Я имею в виду, что этого не было в прочитанных мной отчётах. Всё это так прекрасно!»

По дороге в свою комнату я неожиданно встретил своего духовного брата, Джагадживан даса.

Он рассказал мне, что проповедует в Парагвае уже много лет, и открыл в Асунсьоне храм. Я мог только дивиться его решительности.

Я спросил, какая программа запланирована на время моего трёхдневного визита.

«Сегодня в два часа дня ты выступаешь по национальному телевидению», – улыбаясь, сказал он.

По дороге к храмовому вегетарианскому ресторанчику, расположенному в городе, где должно было состояться интервью, мы проезжали густонаселённый район у реки Паданы. Я увидел большой мост через реку. По обе стороны моста была высокая сетка.

«Для чего на мосту такое высокое ограждение?» – спросил я Джагадживану.

«Чтобы контрабандисты не бросали товары с моста и не вылавливали их ниже по течению в Бразилии», – ответил он.

«Я читал о подобной контрабанде», – сказал я.

«Давай быстро прокатимся по мосту, – сказал Джагадживан. – Это хорошее место для обзора города».

Подъехав к мосту, мы неожиданно попали в плотную пробку. Через несколько минут мы уже не могли двинуться.

«Это в порядке вещей?» – спросил я.

«Нет», – ответил он и открыл окно, чтобы спросить кого-нибудь из ближайших продавцов, что происходит.

«Говорят, мост перекрыт демонстрантами, – сказал он. – Подождём, пока разойдутся».

Я тут же вспомнил совет Государственного департамента США относительно пробок на дорогах.

«Нет, – сказал я. – Давай развернёмся и поедем в ресторан. Мы не хотим опоздать на интервью».

Вместе с национальным телевидением там были представители национального радио и нескольких известных газет, ожидавшие нашего приезда. Это начинало больше походить на пресс-конференцию. «В Европе нечто подобное было бы организовать довольно сложно, – подумал я. – В этом одно из преимуществ подобных мест».

На следующий день преданные сказали мне, что организовали две лекции в местном университете. Я был взволнован предстоящим.

Выяснилось, однако, что университет представляет собой комбинацию обычной школы с высшей школой. На первую лекцию пришло 200 детей от 8 до 10 лет. Когда они расселись, глядя на меня, я попытался объяснить основы философии сознания Кришны в простейших терминах. Но их внимание было сосредоточено только несколько минут, и скоро большинство из них болтали друг с другом, поэтому я начал обсуждать то, что им было легче понять – доброе отношение к животным.

Я пытался рассказать им, что у животных тоже есть душа, и в этот момент увидел в первом ряду маленькую девочку лет девяти, слушавшую очень внимательно. Когда я сказал, что мы не должны быть жестоки с животными, то увидел слезу, стекавшую по её щеке. Я решил обратить свою лекцию к ней одной. Когда я сказал, что все создания – часть одной духовной семьи, её лицо просветлело.

Когда прозвенел звонок, все остальные дети вскочили и бросились наружу, но девочка всё ещё сидела, обдумывая то, что услышала. Затем она медленно встала и вышла.

После перерыва пришла группа из 300 студентов высшей школы. Я попросил поговорить с ними Джагадживана прабху. В этот раз разворачивался другой сценарий, так как студенты внимательно слушали то, что он говорил.

Вдруг я увидел, как маленькая девочка из предыдущей группы вошла в класс и, тихо пройдя позади зала, заняла своё прежнее место впереди. Лекция тут же захватила её.

Через полчаса Джагадживан прабху закончил речь и попросил меня провести киртан. Я ухватился за эту возможность. Мне хотелось, чтобы маленькая девочка испытала блаженство сознания Кришны. Когда я учил студентов мантре, я увидел, что она внимательно повторяет, слово за словом.

Когда я начал петь, многие из учащихся встали и начали танцевать. Возможно, стесняясь старших детей, маленькая девочка оставалась на своём стуле, но пела с сосредоточенным выражением лица.

Киртан стал более экстатичным, и остальные студенты присоединились к танцу. В какой-то момент все они выстроились в одну линию, которая волнами двигалась по залу. Через некоторое время я посмотрел на часы и понял, что наше время давно уже вышло, но когда я остановил киртан, все студенты начали кричать «Ещё!»

У меня не было выбора, кроме как начать заново. Столовая была маленькой, и я представил себе, что киртан слышат во всём здании университета. Через окна, выходящие во двор, я заглянул в класс напротив и увидел, что студенты, занятые своими уроками, покачивались на своих стульях. Примерно через час я подвёл киртан к завершению и взглянул на маленькую девочку. Она сидела на своём стуле, улыбаясь и сияя, наслаждаясь нектаром святых имён. «Теперь она Твоя, мой Господь, – подумал я. – Пожалуйста, приведи её к Своим лотосным стопам».

Через несколько мгновений она посмотрелa на свои часы, вскочила и быстро побежала к выходу. Добежав до двери, она остановилась, обернулась и улыбнулась мне, с чувством глубокой благодарности в глазах. Потом она вышла.

Когда все дети ушли, я присел и стал вспоминать, как я опасался ехать в Парагвай. Покачав головой, я поднял взгляд и рассмеялся. «Всеблагой Господь, – сказал я, – ты можешь отправлять меня в ад, сколько захочешь, пока я смогу слышать пение ангелов и пока существуют души, подобные этой маленькой девочке, готовой воспевать Твои святые имена»

нарайана пара сарве
на куташчана бибхйати
сваргапаварга-наракешв
апи тулйартха-даршинах

«Преданные, занятые исключительно в преданном служении Верховной Личности Господа, Нараяне, не испытывают страха ни при каких условиях жизни. Для них высшие планеты, освобождение и адские планеты – одно и то же, поскольку такие преданные заинтересованы только служением Господу».

(Шримад-Бхагаватам, 6.17.28)