Джаганнатха Свами

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 7. 2006
  

В Америке я устроил себе пять недель передышки, сосредоточившись на здоровье. Я делал физические упражнения почти каждый день, отдыхал и принимал здоровый прасад. Я уделял минимум времени своей почте, чтобы избежать стресса и использовал освободившееся время для изучения священных писаний. К четвертой неделе я полностью восстановился и чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последние годы. Я был полностью готов к возвращению в Польшу на наш летний фестивальный тур.

Однажды утром мне позвонил мой духовный брат Радханатха Свами.

- Я хотел бы пригласить тебя присоединиться к паломничеству нашей ятры в Джаганнатха-Пури на две недели, – сказал он. – Более трех тысяч наших преданных собираются на шествие Ратха-ятры в этом году. Я был бы признателен, если бы ты приехал, давал лекции и вел киртаны.

Моей первой мыслью было отказаться. Сердцем и душой я уже был в Польше. Но в следующее мгновение я подумал, какое великое духовное благо можно получить от поездки на Ратха-ятру в Пури в обществе Радханатхи Свами и его учеников. С тех пор как я впервые услышал свое духовное имя, Индрадьюмна дас, на церемонии посвящения 36 лет назад, мне очень хотелось побывать на Ратха-ятре в Джаганнатха-Пури.

Индрадьюмна Махараджа – знаменитый царь, который повелел вырезать изначальных Божеств Джаганнатхи, Баладевы и Субхадры и установил поклонение Им в храме в Пури тысячи лет тому назад. Ежегодный парад Ратха-ятра, во время которого преданные выносят Божеств из храма и везут Их на трех великолепных колесницах, известен по всему миру.

Пока Радханатх Махарадж описывал план паломничества, я заглянул в свой календарь и увидел, что Ратха-ятра состоится всего за несколько дней до начала нашего фестивального тура в Польше.

“Вообще-то, поехать можно, – думал я, – но это означает, что я приеду в Польшу прямо перед первым фестивалем. Надо бы посоветоваться с Джаятама дасом и Нандини даси в Польше, согласятся ли они, чтобы я приехал так поздно”.

Я позвонил Джаятаму и Нандини, и после некоторого обсуждения мы решили, что преданные тура смогут подготовиться к первому фестивалю без меня. Нандини даже предложила, чтобы Джаятам поехал со мной.

“Он сделает хорошие фотографии, которые мы сможем использовать в новой выставке”, – сказала она.

Спустя две недели мы с Джаятамом прибыли в Пури. Ратха-ятра должна была начаться через два дня, и подготовка шла полным ходом. После пяти недель уединения в Америке я внезапно очутился среди тысяч собравшихся в Джаганнатха-Пури паломников.

С удивлением я увидел, что три огромные колесницы уже припаркованы перед главным храмом. Они были украшены сверкающими зеркальцами, белыми кистями хвостов яков, рисунками, медными колокольчиками и шелковыми тканями. Красочные купола и красивые флаги венчали колесницы.

Пока я их разглядывал, местный брахмана рассказал мне, что 100 плотников в течение целого месяца сооружали каждую колесницу. Я прикинул, что колесница Господа Джаганнатхи была больше 50 футов в высоту (около 15 метров), также я насчитал 14 огромных колес. Я удивился еще больше, когда священник сказал мне, что на колеснице нет руля и тормозов.

“Мы подкладываем бревна под колеса, чтобы остановить колесницы, – сказал он с улыбкой, – но на самом деле они едут или останавливаются только по воле Господа Джаганнатхи”.

На следующий день мы встретились с Радханатха Махараджем и его учениками у Швета Ганги, маленького озера в тихом уголке Пури. Когда мы подъехали, Махарадж сидел под большим баньяновым деревом в окружении трех тысяч учеников. Это была настоящая сцена из глубины веков: гуру говорит с учениками на духовные темы в святом месте.

Я тихонько сел рядом с Махараджем и погрузился в его рассказ о славе Джаганнатха-Пури. Махарадж обладает удивительной способностью в течение многих часов пересказывать длинные повествования из писаний в мельчайших деталях, вставляя красочные истории и анекдоты. Во время его рассказа я осознал, что описания и слова садху – единственный способ войти в святую дхаму и постичь её.

Предполагая, что на параде будет огромная толпа, назавтра мы все собрались перед храмом Джаганнатхи ранним утром.

Пространство перед колесницами было ограждено веревками, а в организации безопасности были задействованы сотни полицейских и солдат. Я видел, как армейские снайперы заняли свои позиции на крышах домов. Совсем недавно было несколько взрывов в Дели и в храмах по всей стране, и утром я прочитал в местной газете, что может произойти нападение террористов во время Ратха-ятры.

Мы начали киртан вне огражденной территории, тем временем толпа все прибывала. Вскоре широкая трехкилометровая дорога уже была настолько заполнена паломниками, что передвигаться стало невозможно. Температура поднялась почти до 48 градусов, к тому же было очень влажно, – я чувствовал, что стало трудно дышать.

Интересно, как я смогу провести несколько часов посреди приблизительно миллионной толпы. Неожиданно я увидел Шриман Пандит даса, преданного-индуса из Англии, машущего мне рукой из огражденной территории.

“Идите сюда, скорее, – кричал он сквозь киртан. – У меня есть несколько VIP-пропусков в эту зону”.

Я схватил Джаятама, и мы стали пробиваться сквозь плотную толпу в VIP-зону. Остальные преданные последовали за нами.

“Мне дали только 5 пропусков для наших санньяси, – сказал Шриман Пандит. – А здесь уже больше 20 преданных”.

Я сказал Джаятаму отделиться от группы и сделать несколько снимков колесниц с близкого расстояния и дал ему свой пропуск.

“Если нас вышвырнут отсюда, – сказал я, – то, по крайней мере, у нас будут фотографии для преданных в Польше”.

И действительно, через несколько минут нас стала окружать полиция.

- Вы все, вон отсюда! – закричал один особо воинственно настроенный офицер.

- Но у нас пропуска, – сказал один преданный.

- Не имеет значения! – гаркнул полицейский. – Вон!

Шриман Пандит повернулся ко мне. “Многим пандитам (священнослужителям) храма не нравятся преданные ИСККОН, – сказал он, – и они нажаловались комиссару полиции, что мы хотим захватить власть на параде, поэтому нам приказано покинуть эту зону”.

В этом храме придерживаются строгой политики – пускать только индусов, и священнослужители известны тем, что бьют тех, кто пытается нарушить это правило. Несмотря на то, что эти ограничения не одобряются священными писаниями, эта предвзятая политика распространилась и за пределы храма, куда Господь Джаганнатха милостиво выходит, чтобы дать Свой даршан каждому.

Неожиданно охранники окружили нас и стали оттеснять за веревки. Боковым зрением я увидел, что некоторые священники смеются.

Преданные осторожно сопротивлялись, но полицейские пришли в ярость и стали толкать нас. Спасаясь, преданные подныривали под веревками или перелезали через них, а меня в давке так прижали, что я не мог даже пошевелиться. Тут передо мной оказался тот полицейский, который начал нас выгонять.

- Вон! – закричал он. – Ты белый! Не хинду!

Он занес дубинку, чтобы ударить меня, и я поднял руки, чтобы защититься. Неожиданно он прыгнул вперед и толкнул меня, я отлетел на веревки, и они отбросили меня обратно на него. Он ударил меня кулаком в нос, и я упал на землю. Какое-то мгновение я лежал, оглушенный.

Я пришел в себя и стал искать свои очки. Потом перекатился под веревками на другую сторону. Обернувшись, я увидел его гневное лицо. Из-за шума толпы я не слышал, что он говорил, но мог прочитать по губам: “Не хинду!”

Я не собирался позволить ему испортить мое паломничество в Пури. Хорошо хотя бы, что мой нос не был сломан, и я, отбросив мысли о произошедшем, стал пробираться к ИСККОНовской группе киртана в середину толпы. На полпути я снова встретил Шриман Пандита.

- Пойдемте, – сказал он. – Думаю, я смогу провести нас обратно в VIP-зону.

- Не уверен, что мне хотелось бы туда вернуться, – ответил я.

Он схватил меня за руку и протащил под веревками обратно. Издалека я увидел счастливого Джаятама, с разных ракурсов фотографирующего колесницы. Вдруг звуки раковин и труб возвестили о появлении Господа Баларамы, – Его первым выносят из храма. Толпа разразилась невероятным ревом. Больше пятидесяти священников стали бить в латунные гонги.

Через мгновение, передвигаемый множеством людей, появился Господь Баларама. Это было удивительное зрелище. Мужчины подкладывали большие подушки перед Божеством и наклоняли Его вперед. Огромный Его головной убор раскачивался туда-сюда. Потребовался целый час на то, чтобы вынести Его из храма, поднять по наклонной плоскости и установить на колеснице.

Следующей священники вынесли Госпожу Субхадру.

- Она леди, – сказал Шриман Пандит, – Её несут лежащей.

В тот момент, когда Субхадру поднимали по пандусу к Ее колеснице, меня снова увидел ударивший меня полицейский. Он бросился ко мне, но как только он оказался рядом, из ниоткуда появился храмовый священник и встал между нами.

- Оставь его в покое, – сказал священнослужитель. – Он Вайшнав, преданный Господа Джаганнатхи.

- Он белый, – фыркнул полицейский.

- Может быть, – ответил священнослужитель, закрыв меня собой, – тем не менее, он Вайшнав.

Неожиданно они перешли на местный диалект, и спор стал накаляться. В конце концов, священник одержал верх, продемонстрировав, что брахманы в Джаганнатха-Пури все же обладают властью.

- Оставайся здесь вместе со своими друзьями, – сказал он мне. – Я защищу вас.

Я был очень благодарен за то, что он вмешался, и теперь у меня была чудесная позиция, чтобы видеть все происходящее на Ратха-ятре. Оглянувшись, я непроизвольно содрогнулся, увидев огромную миллионную толпу стоящих плотно людей, изнемогающих от жары.

Но они не обращали внимания на неудобства. Все они были преданными Господа Джаганнатхи и приехали, чтобы принять участие в Его Ратха-ятре. Что касается меня, я был благодарен, что Господь Джаганнатха побеспокоился о нескольких западных преданных, не привычных к таким аскезам.

В конце концов Господа Джаганнатху вынесли из храма и с большой помпой установили на колесницу. Все выглядело, как в сцене тысячелетней давности, когда брахманы, напрягаясь и потея, под звуки раковин и мантр передвигали Господа, омахиваемого чамарами, на Его колесницу. Пятьдесят гонгов, звучащие синхронно, заглушали все.

Внезапно колесница Господа Баларамы сдвинулась с места, – сотни паломников стали тянуть ее за длинные толстые веревки. Колесница двигалась быстро, так, словно плыла по морю людей. Время от времени она останавливалась, группы киртана отвечали одобрительно, и люди пробирались ближе, чтобы посмотреть на Божество.

Вдохновение людей основывалось на глубоком понимании эзотерического смысла Ратха-ятры: они везли Кришну обратно, во Вриндаван, дом Его детства. Священные писания рассказывают: юный Кришна покинул Вриндаван, чтобы убить демона-царя Камсу. Хотя Он пообещал Своим преданным скоро вернуться, Он не сдержал слова. Он поселился далеко на юге, в Двараке, где царствовал со Своими 16 108 женами и дворцами.

Глубокая разлука, которую чувствовали Его преданные во Вриндаване, – тема многих священных писаний Индии.

Когда Кришна, наконец, снова встретился со Своими преданными из Вриндавана по случаю лунного затмения на Курукшетре, они уговорили Его вернуться во Вриндаван, деревню пастухов. Усадив Его, Балараму и Субхадру на колесницы, они стали тянуть Господа назад во Вриндаван и к себе в сердца. Фестиваль Ратха-ятры в Пури – это воспроизведение той любовной игры, доставляющей огромное наслаждение преданным.

бахира ха-ите каре ратха-йатра-чхала
сундарачале йайа прабху чхади`нилачала

“Поводом для отъезда Господа служит участие в празднике Ратха-ятры, но в действительности Господь просто хочет уехать из Джаганнатха-Пури (Нилачалы) в Сундарачалу, храм Гундичи, точную копию Вриндавана”.

[ "Шри Чайтанья-Чаритамрита", Мадхйа 14.120 ]

Наконец, поехала колесница Субхадры, через полчаса тронулась и колесница Джаганнатхи. Радханатха Махараджа, Шачинандана Махараджа и я вскоре догнали нашу группу киртана, поющую перед колесницей Господа Джаганнатхи. Я никогда не забуду тот пятичасовой киртан посреди толпы по дороге в храм Гундича.

Мы были полностью вымотаны жарой и влажностью, но и вдохновлены этой исторической возможностью петь и танцевать прямо перед колесницей Господа Джаганнатхи. Я никогда не узнаю, были ли еще группы киртана, претендующие на это место, но у них не было ни единого шанса. Очевидное превосходство 3 000 вдохновенно воспевающих преданных ИСККОН гарантировали нам это место.

И мы полностью воспользовались этой возможностью, Радханатха Махараджа, Шачинандана Махараджа, Шри Прахлад и я вели киртан, сменяя друг друга. Из-за жары мы потели и литрами пили воду. В какой-то момент я почувствовал, что больше не могу. Я не ел весь день, устал и проголодался.

Неожиданно появился тот священник, который защитил меня от полицейского, и дал мне маленькую тарелочку с маха-прасадом от Господа Джаганнатхи. Я с удовольствием почтил его, и это дало мне силы продолжать петь и танцевать.

Когда мы, наконец, добрались до храма Гундичи, мы были единственной группой киртана, у которой были силы воспевать. По милости Господа, мне довелось вести киртан, и я громко пел от всего сердца, когда колесница Господа Джаганнатхи проехала мимо нас и остановилась перед храмом. Мы продолжали петь еще целый час, и наконец, продвинувшись к самой колеснице, сели прямо перед ней одной группой и продолжили петь тихий бхаджан.

Колесницы оставались там, где остановились. На следующий вечер Божеств перенесут с колесниц в храм Гундича.

Люди начали взбираться на колесницы, чтобы получить даршан Господа Джаганнатхи.

“А почему бы и нет?” – подумал я, вскочил и стал пробираться к колесницам.

Шри Прахлад схватил меня за руку и, улыбнувшись, сказал:

- Извините. Только хинду.

Я покачал головой.

- Господь Джаганнатх – повелитель Вселенной, – сказал я. – Но многие из этих священников считают, что Он Господь только для Пури. А ведь каждый во Вселенной должен получать Его даршан.

Я глубоко вздохнул.

- Так или иначе, – произнес я, – сегодня или завтра, я собираюсь забраться на колесницу и получить даршан Господа.

Поздно вечером мы, обессиленные после долгого шествия, вернулись в свои гостиницы и отправились спать.

На следующий день в 7 часов утра мы вернулись к колесницам. Сотни людей толкались там ради возможности забраться на колесницы и приблизиться к Божествам. Священники проталкивали людей быстро, иногда даже резко.

“Это мой единственный шанс, – подумал я. – Я проделал весь этот путь в Джаганнатха-Пури, и оказался здесь как раз, когда Господь выходит из храма. В любое другое время года получить Его даршан вблизи западному человеку, вроде меня, невозможно”.

Я смешался с толпой людей, взбирающихся на колесницу Господа Баларамы, протиснулся и оказался на площадке около алтаря, где люди толпились в ожидании даршана. Я быстро двинулся вперед, но священник, заметив меня, подошел и замахнулся большой палкой.

- Только хинду, – прокричал он. Я быстро развернулся и слез с колесницы. Обернувшись, я увидел, как он грозит мне палкой.

Потом я попытался получить даршан Субхадры. Там было меньше людей, поэтому мне удалось забраться на колесницу быстрее. На площадке я быстро двинулся прямо к внутреннему алтарю. До Субхадры оставалось всего несколько метров, когда меня снова заметил священник с палкой. Я отбежал и быстро спустился с колесницы.

Я был расстроен. “Даршан Господа Джаганнатхи получать не пойду”, – думал я.

В этот момент появился священник.

- За 100 рупий я проведу тебя на колесницу и прямо к Божеству, – сказал он.

“Почему бы не попробовать?” – подумал я.

Я дал ему 100 рупий, мы обошли колесницу Господа Джаганнатхи, и он помог мне взобраться на нее. Но как только я выпрямился, с грозным видом прямо надо мной из-за поручней появился другой священник, размахивая дубиной еще больших размеров, чем у предыдущих.

Я посмотрел вниз в поисках того, которому заплатил за помощь, но его, конечно, уже не было.

Оставалось или признать поражение, или отведать дубины, но я, пройдя через столько испытаний, не собирался сдаваться. С криком: “Джай Джаганнатх!” я перескочил через поручни, миновал священника и влился в толпу, которая рвалась к Божеству. Я полз на четвереньках, чтобы меня никто не заметил, и толпа несла меня вперед.

Помятый и поцарапанный я, в конце концов, встал и к своему изумлению обнаружил, что стою прямо перед Господом Джаганнатхой. Его огромные широко открытые глаза смотрели прямо на меня, а я думал, что же делать дальше. Действовать нужно было быстро, поскольку толпа паломников давила и толкала, стремясь точно на то место, где стоял я.

Я был выше индусов, бурлящих вокруг меня, и четверо священников, охраняющих Божество, внезапно заметили меня. Когда они одновременно подняли палки, чтобы ударить меня, я вдруг понял, что из-за толпы не могу двинуться и избежать ударов. Я стоял всего в нескольких дюймах от Господа Джаганнатхи, поэтому сложил ладони и взмолился: “Мой Господь, пожалуйста, будь милостив”.

Краем глаза я заметил, что один из священников, похоже, сжалился. Слегка улыбнувшись, он схватил меня за шикху и прижал мою голову к стопам Божества. Спонтанно я раскинул руки и обнял Господа Джаганнатху у основания. Я едва ли обхватил Его наполовину.

Я был ошеломлен беспрецедентной удачей. И хотя вокруг стоял оглушительный шум, на мгновение мне показалось, что все стихло. “Я обнимаю Господа Вселенной, – думал я, – о Чьём даршане в Пури человек с запада может только мечтать”. Священник еще сильнее прижал мою голову к стопам Господа, и я еще крепче обнял Господа и взмолился.

“Мой дорогой Господь, – начал я, – это беспричинная милость моего духовного учителя, что у меня есть эта редчайшая возможность получить Твой даршан. Пожалуйста, очисти мое сердце и пробуди во мне чистую преданность к Тебе. В конце моей жизни будь добр ко мне, вспомни то незначительное служение, которое я для Тебя сделал, и забери меня в Шри Вриндаван, Твою трансцендентную обитель в духовном небе”.

Заканчивая молитву, я почувствовал, что захват ослаб, это означало, что мой даршан закончился. Но когда я поднял голову, священник снова схватил меня за шикху и прижал мою голову к стопам Божества.

“Это шанс получить еще одно благословение”, – подумал я.

Я обнял Господа. “Мой дорогой Господь – взмолился я, – Я также прошу Тебя, позволь мне распространять Твою милость тем, кто менее удачлив, чем я. Будь добр и взгляни благосклонно на наши попытки проповедовать Твою славу на фестивалях в Польше еще долгие годы”.

Вдруг священник рванул мою голову вверх, и вот я снова стою среди гневных брахманов. Я тряхнул головой и освободился от захвата. Опустился на четвереньки и быстро покинул это место. Приблизившись к ограждению, я увидел еще одного священнослужителя с палкой. “Не буду возражать, если он ударит меня, – проговорил я, рассмеявшись, – я получил так много милости сегодня”.

Я избежал встречи с ним и вскоре слез с колесницы Ратха-ятры. Оказавшись на земле, я развернулся и предложил Господу Джаганнатхе дандаваты.

На следующий день, когда мы с Джаятамом ехали в такси в Бхуванешвар, чтобы вылететь в Польшу, я думал о невероятных событиях, которые произошли со мной во время Ратха-ятры в Пури. Но больше всего меня поразило, какую милость я получил от Самого Господа Джаганнатхи. Без сомнений, все это должно было еще больше вдохновить меня на служение Его лотосным стопам. И ясно на какое: я возвращался в Польшу, чтобы поделиться своей удачей с теми, кто придет на наши летние фестивали.

Когда мы подъехали к границе Пури, я обернулся и помолился, чтобы никогда не забывать эту особую милость Господа Джаганнатхи.

ратхарудхо гаччхан патхи милита-бхудева-паталаих
стути-прадурбхавам прати-падам-упакарнйа садайах
дайа-синдхур бандхух сакала-джагатам-синдху-сутайа
джаганнатхах свами найана-патха-гами бхавату ме

“Когда колесница Ратха-ятры Господа Джаганнатхи движется по дороге, множество брахманов декламируют для Его удовольствия прекрасные молитвы и песни, прославляющие Его. Слушая эти их гимны, Господь Джаганнатха становится очень доволен ими. Он океан милости и истинный друг всех миров. Пусть же Господь Джаганнатха со Своей супругой Лакшми, рожденной из океана нектара, будет объектом моего созерцания”.

[ "Шри Джаганнатхаштака" Шри Чайтаньи Махапрабху ]