Игры наших дней

Главная > Дневники странствующего монаха > Том 7. 2006
  

В течение целой недели преданные трудились день и ночь, чтобы Мирная деревенька Кришны была готова к началу фестиваля Вудсток. По вечерам жители Коштына, близлежащего городка, приезжали посидеть на травке и поглазеть, как преданные устанавливают палатки. Они хлопали в ладоши и одобрительно кричали каждый раз, когда рабочие поднимали очередную деталь металлической конструкции основного пандала или устанавливали очередной фонарный столб.

- Когда мы приехали в первый раз, жидели города в страхе сторонились нас, – как-то вечером сказал Джаятам даса. – На второй год они приходили, движимые любопытством. Но в этом году они приходят, похоже, потому, что мы им действительно нравимся.

В этот момент мимо прошла группа молодых священников, демонстративно не обращая на нас внимания.

- Хотелось бы, чтобы это относилось ко всем, – сказал я.

За 2 дня до начала фестиваля мы с Джаятамом и Нандини даси отправились на основную сцену, чтобы встретиться с главным организатором Вудстока, Юреком Овщаком. Я не видел Юрека с прошлогоднего фестиваля и поинтересовался у Джаятама, как его здоровье.

- У него все хорошо, – ответил Джаятам. – Он беспокоился, будет ли достаточно охраны, но все разрешилось. Ожидается хорошая погода, поэтому у него хорошее настроение. Кое-что его беспокоит, но это происходит каждый год.

- И что же это? – спросил я.

- Одна христианская группа, – сказал он. – Каждый год они проповедуют здесь в настроении непримиримого прозелитизма, насаждая атмосферу религиозной вражды. И хотя он обычно доброжелателен ко всем, в этом году он хочет отказать им.

Мы обошли основную сцену и наткнулись на Юрека. Мы тут же обнялись.

- Махараджа, – сказал он, – мы вместе проводим этот фестиваль уже 11 лет. И благодаря нашему сотрудничеству, каждый год нам сопутствует успех. Лидеры христианской группы, которая противостояла нам последние несколько лет, посетили меня сегодня утром. Вам будет приятно узнать, что в этом году они согласились примириться и сотрудничать. Теперь все зависит от вас обоих.

Мои брови поползли вверх.

- В самом деле? – удивился я. – В прошлом году они открыто критиковали и вас, и нас.

- Да, – ответил он, – но в этом году они хотят поделиться своим посланием любви.

- Надеюсь, это произойдет, – сказал я.

По дороге назад в нашу деревеньку Джаятам рассказал мне о планах на Вудсток.

- У нас будут палатки йоги, бхаджанов, вопросов и ответов, макияжа, астрологии, с книгами, разные выставки… На сцене главного шатра концертная программа будет идти в течение 15 часов. Мы будем раздавать прасад 24 часа в сутки. И будет харинама каждый день.

- И шесть Ратха Ятр! – добавила Нандини.

- Что? – воскликнул я. – Шесть Ратха Ятр? В самом деле?

- Вы не были на собрании вчера вечером, Гуру Махараджа, – сказала Нандини. Мы решили уделить больше внимания распространению нашего послания молодежи с помощью Ратха Ятр. Шествия будут проходить дважды в день по основной дороге Вудстока.

Ночью прибыла рок-группа Black Summer Crush из Америки. Я познакомился с лидером группы, преданным по имени бхакта Скотт, когда был в храме в Лагуна Бич в апреле. Когда я послал диск группы Юреку, он попросил, чтобы они играли на основной сцене Вудстока, и выделил им лучшее время.

Другие музыканты группы тоже симпатизировали сознанию Кришны, но, увидев, в каких спартанских условиях им придется жить (в одной из арендованных нами школ), они возмутились. И хотя была уже глубокая ночь, Нандини решила снять для них номера в гостинице.

Когда она обзвонила близлежащие отели, выяснилось, что из-за Вудстока всё забронировано за несколько месяцев. В последний момент, по милости Кришны, она нашла жилье даже лучше, чем можно было себе представить.

Она позвонила в гостиницу в 120 километрах от нас.

- Сожалею, – сказала администратор гостиницы, – но все номера давно забронированы. Подождите! Я узнаю Ваш голос. Вы звонили мне два года назад, когда искали весеннюю базу для участников вашего Фестиваля Индии. Вы помните?

- Дайте подумать, – сказала Нандини. – Да, припоминаю. В тот раз Вы тоже сказали, что мест нет, – рассмеялась она.

- Но мы так хорошо поговорили о жизни, – ответила женщина. – Многое из того, что Вы рассказали, помогло мне. И теперь мне бы хотелось Вам помочь. У меня есть зал для конференций и банкетов, которые я сдаю только очень важным гостям. Последний раз его арендовала группа политиков из Германии 3 месяца назад. Я буду счастлива предоставить несколько комнат вашей группе.

- А где это? – спросила Нандини.

- 15 минут езды от Вудстока, – ответила женщина.

Мы открыли нашу деревню утром за день до начала основного фестиваля – этой традиции мы следуем уже много лет. Уже через несколько минут у нашей палатки раздачи пищи выстроилась огромная очередь молодых людей. Я присоединился к раздатчикам, и первый же человек, приветливо улыбнулся мне и сказал: “Я целый год ждал вашей еды”.

Чуть позже 100 преданных собрались на поле перед нашей огромной колесницей Ратха Ятры. Я коротко рассказал о значении Ратха Ятры и выдал преданным для раздачи 20 тысяч пестрых приглашений. Мы тянули колесницу по главной дороге фестивального поля, и молодые люди присоединялись к нам, пели и танцевали. Я заметил, что очень немногие выбрасывали наши приглашения, и сделал вывод, что большинство людей придут к нам в деревеньку в следующие три дня.

В доказательство этого вечером наша Деревенька была заполнена молодежью, наслаждающейся прасадом, шоу на основной сцене и всем, что происходит в других палатках.

На следующий день состоялось официальное открытие Вудстока. Из любопытства я отправил Нандини и Джаятама на холм, где располагалась наша деревенька в прошлом году. Там стояли 2 шатра, где в течение фестиваля должны были выступать разные известные писатели, поэты и шоумены.

Когда Джаятам и Нандини пришли туда, они увидели, что у одного из выступающих берет интервью съемочная группа. Джаятам и Нандини сразу же узнали в журналистке репортера Первого, центрального, телеканала Польши. Юрек впервые позволил национальному телевидению снимать Вудсток.

Джаятам и Нандини терпеливо ждали окончания интервью, а потом подошли и представились. После нескольких минут беседы журналистка приняла их приглашение посетить нашу деревеньку.

Возвращаясь с холма, Джаятам позвонил мне. А подойдя, прошептал, что национальное телевидение собирается снимать, как мы раздаем пищу. Я не мог поверить своим ушам.

Через несколько минут телевизионная группа уже снимала раздачу пищи и брала интервью у гостей.

- Я приехал на Вудсток по трем причинам, – сказал в камеру парень с ирокезом на голове. – Музыка, пиво и еда Харе Кришна.

Журналистка взяла интервью у одного из наших поваров, Кришна-Самбандхи даса. Камера медленно двигалась, пока он перечислял продукты, которые нам предстоит потратить.

- 4 тонны риса, – говорил он, – 2 тонны манки, 2 тонны сахара, 2 тонны замороженных овощей и 2 тонны дала.

- И все это предлагается Богу, Кришне, – закончил он с улыбкой.

После съемки, принимая прасад, журналистка наблюдала, как кипит жизнь в нашей яркой деревеньке.

- Здесь столько всего, о чем можно было бы написать, – сказала она своему оператору.

Этим же вечером репортаж вышел в эфир в вечерних новостях, и его увидели миллионы людей.

Джаятам рассказал мне об этом.

- Представляете, – сказал он, – Юрек переместил нас вниз, чтобы избежать огласки, но в результате мы добились большей известности, чем могли бы вообразить.

- Это ваша с Нандини заслуга, – сказал я с улыбкой. – Ведь именно вы поднялись на холм и нашли съемочную группу. Есть поговорка: если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе.

Джаятам выглядел озадаченным.

- Гора? Магомет? – переспросил он.

- Объясню после фестиваля, – рассмеялся я.

Вечером Black Summer Crush играли на главной сцене для 150 тысяч людей. Они привлекли публику своим необычным стилем игры рок-н-ролла и вызвали восхищение толпы, спев в конце Харе Кришна. Кармен, жена бхакты Скотта, вела киртан, – и люди стояли, пригвожденные к месту трансцендентной вибрацией.

Два последних дня Вудстока мы выкатывали колесницу Ратха Ятры пораньше, в самом начале программы. Только мы начали тянуть ее по дороге, запруженной людьми, как неожиданно появилась еще одна съемочная группа, и сняв поющую и танцующую толпу, они стали снимать арати, которое предлагалось Божествам Джаганнатхи, Баладевы и Субхадры на колеснице.

- Кто это? – прокричал я польскому преданному.

- Второй канал, – крикнул он мне в ответ, – второй по величине телеканал в Польше.

Я посмотрел на колесницу и увидел гору фруктов, лежащую около Божеств.

- Харибол! – закричал я пуджари, – начинайте бросать фрукты в толпу.

- Так ведь арати идет, – крикнул в ответ мне один из них.

- Неважно, – крикнул я. – Национальное телевидение снимает!

Все они застыли, озадаченно уставившись на меня.

Я подбежал к колеснице, запрыгнул на одно из больших колёс, перелез через ограждение и схватил несколько фруктов.

Обернувшись, я стал бросать яблоки, бананы и апельсины в толпу. Толпа взревела от удовольствия, и все стали тянуть руки, стараясь поймать летящие фрукты. Некоторые демонстрировали чудеса акробатики, чтобы поймать фрукты. А другие, не столь ловкие, подбирали их с земли. Один парень, стараясь поймать летящий банан, поднял обе руки и банан, лопнув, перепачкал мякотью всё вокруг.

Куча подростков одновременно пели, танцевали… и ели фрукты.

В тот же вечер эту чудесную сцену показали в новостях по Второму Каналу. На заднем плане было слышно громкое воспевание святых имен Кришны.

Позже в этот же день Расикендра даса, наш шеф-повар, уверил меня, что мы распространим больше прасада, чем в прошлом году.

- Мы раздадим больше 115 000 порций в этом году, – сказал он, уставший, но сияющий.

Днем, когда я проходил мимо палатки “Вопросы и ответы”, там был Тришама даса, отвечавший на вопросы гостей. Увидев меня, он вышел поговорить.

- Качества молодых людей на Вудстоке выше, чем когда бы то ни было, – сказал он, – палатка “Йога” забита людьми с самого открытия. Эти люди жаждут получить сознание Кришны, как никогда прежде.

После обеда Ратха Ятра отправилась в свое шестое, заключительное шествие. Величественная колесница с красно-желто-белым куполом, колышущимся на легком ветру, казалось, плыла по океану людей.

Мне показалось, что эта Ратха Ятра была еще более милостива, чем та, свидетелем которой я был в Святой Дхаме в Джаганнатха Пури, потому что здесь Господь Джаганнатха давал Свои благословения парням и девушкам Запада, столь обусловленным материальной жизнью.

“Шрила Вишванатха Чакраварти Тхакур писал, что также, как огонь светильника не так заметен при солнечном свете, как в тени, или бриллиант не так сверкает на серебре, как на тарелке из синего стекла, так и игры Господа Говинды в трансцендентной обители Вайкунтхи не столь удивительны, как в царстве Майи. Господь Кришна приходит на землю, и в темноте материального существования эти сияющие, дарующие освобождение игры доставляют безграничное наслаждение преданным Господа” [Шримад-Бхагаватам 10.14.37, комментарий].

Пока мы шли по дороге среди тысяч молодых людей, последний раз воспевая на этом фестивале, многие кричали нам:

- Харе Кришна!

- Замечательная еда!

- Нам нравится ваша деревенька!

В какой-то момент я остановил колесницу и взял микрофон. Я стал вести киртан и быстро довел его до апогея. Вдруг молодой человек в состоянии алкогольного ступора, покачиваясь, вошел в киртан. Его вид навевал ужас: неряшливые волосы, грязное тело, рваная одежда, одна рука в гипсе, нож за поясом… С диким взглядом он остановился передо мной, что-то бессвязно бормоча.

Моей первой реакцией был страх, потом шок. Затем я успокоился.

“Узрим же силу святых имён”, – подумал я.

Я взял его за руку и стал танцевать. Когда мы начали танцевать с ним перед Джаганнатхой, господом Вселенной, его полузакрытые глаза расширились от изумления. Глядя на нас, преданные стали танцевать с еще большим энтузиазмом, и скорость киртана нарастала. Мы с моим новым другом стали безудержно отплясывать. Он изо всех сил пытался повторять слова маха-мантры, и на его лице расплылась большая улыбка.

Будучи сильно пьяным, он быстро выдохся. Я стал петь: “Нитай Гаура Хари Бол!”

Вдруг он развел руки и бросился меня обнимать. Преданные неистово зааплодировали, а он поцеловал меня в щеку, схватил микрофон и запел сладким голосом: “Нитай! Нитай! Нитай!”

Затем он взял церемониальную метлу и стал подметать дорогу перед колесницей Господа Джаганнатхи. Приняв это как знак Господа, я дал преданным сигнал тянуть веревки, и мы продолжили движение, а наш друг подметал дорогу всю оставшуюся часть пути. Мы были очарованы играми Шри Чайтаньи Махапрабху в наши дни.

Как только мы повернули за угол, я, к своему удивлению, увидел группу человек в 400 христиан, возглавляемых несколькими священниками. Они пели, танцевали и размахивали флагами. Наши пути должны были пересечься метров через 50.

“Что же нам делать? – подумал я. – Повернуть, чтобы избежать столкновения или замедлить движение и пропустить их вперед?”

Преданные смотрели на меня в ожидании знака. Я улыбнулся.

“Момент примирения”, – сказал я сам себе, махнул рукой, и мы продолжили путь.

Через несколько минут две воспевающих группы встретились. Двигаясь вместе по широкой дороге заполненной гостями фестиваля, мы продолжали воспевать славу Господа. Была дружеская и уважительная атмосфера. Пока мы шли вместе, я обменялся несколькими улыбками со священниками. Многие молодые люди, проходящие мимо, видели эту дружеский атмосферу и одобрительно поднимали большой палец. Через 15 минут группа христиан свернула в сторону.

Это была столь разительная перемена по сравнению с прошлым, что мне хотелось бы, чтобы Юрек и многие другие увидели это.

Считаю, правда, что Господь выполнил мое желание, потому что этим же вечером в крупнейшей газете Польши, Gazeta Wyborcza, была опубликована статья, озаглавленная “Харе Кришна и Иисус – терпимость на фестивале Вудсток”.

Последний параграф подвел итог встречи:

“В среду колесница Господа Кришны, которую тянули по главной дороге Вудстока его преданные, встретилась с процессией христиан. “Харе Кришна!” – пела одна группа. “Иисус Господь!” – отвечала другая. Когда они встретились, два радостных танцора – католический священник и преданный Кришны – вышли вперед. К изумлению толпы, они стояли лицом к лицу, улыбаясь и покачиваясь, каждый в ритм своей мелодии. Это продолжалось минут 20, хотя мы надеялись, что это будет длиться вечно”.

Воспевая, мы вернулись в наш фестивальный городок, и на протяжении последних часов Вудстока я вспоминал слова Юрека, которые он произнес перед началом фестиваля: “Они согласились работать в духе примирения и сотрудничества. Теперь все зависит от вас обоих”.

Был ли это Господь Кришна, пасущий коров, или юный Иисус Христос, пасущий овец, похоже, великий фестиваль Вудсток был очищен от всякой вражды, и обе группы могли свободно делиться своим посланием любви.

“Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их”.

[ Библия, Ветхий завет, Книга пророка Исайи, 11.6 ]